Powered by Invision Power Board
Здравствуйте Гость ( Вход | Регистрация ) Выслать повторно письмо для активации

  Reply to this topicStart new topicStart Poll

> [Пересказ][роман]Истребитель гулей (Hinks), Darius Hinks - Ghoulslayer
Serpen
Отправлено: Ноя 8 2020, 17:12
Quote Post


Активный пользователь
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 161
Пользователь №: 124
Регистрация: 27-Июля 19
Статус: Offline

Репутация: 15




Обсуждение
Название: Ghoulslayer
Автор: Darius Hinks

Дариус Хинкс
ИСТРЕБИТЕЛЬ ГУЛЕЙ


Из вихря расколотого мира родились Восемь Владений. Поначалу неопределённые и чудесные, они пробудились к жизни.
Странные новые миры появились на небесном своде, каждый из них был заселён духами, богами и людьми. Благороднейшим из богов был Зигмар. На протяжении несчётных лет он озарял Владения, увенчанный светом и величием, которыми и запомнилось его правление. Его сила была мощью грома. Его мудрость была бесконечна. Смертные и бессмертные одинаково преклонялись перед его величественным престолом. Создавались великие империи, и, на какое-то время, предательство удалось искоренить. Зигмар объявил землю и небо своей собственностью и правил ими на протяжении великолепной Эры Мифов.
Но жестокость неистребима. Как и предвиделось, великий союз богов и людей сам разорвал себя на части. Мифы и легенды обернулись Хаосом. Тьма затопила Владения. Блаженство, царившее прежде, сменилось истязаниями, рабством и страхом. Зигмар, отвращённый такой судьбой Владений Смертных, повернулся к ним спиной. Он устремил неотрывный взор на останки мира, который был утрачен им давным-давно, и раздумывал над его обугленным ядром в бесконечном поиске знака надежды. И наконец, в тёмном пылу своей ярости, богу привиделось нечто изумительное. Он вообразил оружие, рождённое в небесах. Маяк, достаточно мощный, чтобы пронзить бесконечную ночь. Войско, высеченное из всего, что он утратил.
Зигмар обратил своих умельцев к работе, и они трудились многие годы, пытаясь обуздать силу звёзд. Когда великая работа Зигмара приблизилась к завершению, он вернулся обратно во Владения, и узрел, что власть Хаоса там стала едва ли не безграничной. Час возмездия настал. И наконец, сверкая молниями на своём челе, бог выступил вперёд, чтобы высвободить своё творение.
Настала Эпоха Зигмара.



ПРОЛОГ


Один за другим, огни начали угасать. На какой-то миг они вспыхивали ярко, словно жертвенная свеча, разожжённая дыханием, а затем, моргнув, гасли в небытие. Они скрывались с глаз по всем Сумеркам, и над морем расползалась пелена, подвижная и непроницаемая, поглощающая всё.
- Что это? - прошептал Велигер. Он стоял на самом верхнем ребре Выдающегося двенадцатого, положив локоть на оголовье косы и высунув голову из-за зубцов стены. За десятилетия, проведённые на стенах ему никогда ещё не приходилось видеть ничего подобного. - Там лорд Саморин, - прошептал он, когда в нескольких лигах ярче запульсировал Выдающийся шестой, его напоминающий раковину корпус на миг осветил волны, прежде чем храм снова исчез из виду, добавив ещё один омут тьмы к растущей пустоте. Но до того как свет потух, что-то мелькнуло над Вечерним приливом. Что-то, напоминавшее паутинку, трепещущую на ветру. - Дождь? - сам себе задал вопрос Велигер, однако в том, как тот вспыхивал и рикошетил, было что-то странное.
На Велигере была форма Могильного покрова - толстый плащ из блестящих белых перьев, застёгнутый на шее железной брошью-черепом и ниспадающий на пластины лакированного чёрного доспеха. Он плотнее запахнул его, когда ветер добрался до него, даже ещё более холодный, чем обычно, стиснувший грудь и перехвативший дыхание.
- А вот и лорд Офион, - проговорил стоящий с ним рядом, когда внезапно вспыхнул другой храм. Мераспис носил ту же форму, что и Велигер. Кроме того, он был экипирован косой и длинным, напоминающим перо щитом. Как и у Велигера его лицо было измождённым, кожа - бледной, а голова - безволосой, но он был старше, его лоб разрезали морщины, и он постоянно хмурился.
Они молча наблюдали, как храм вспыхнул, а затем погрузился в море.
Велигер развернулся, чтобы посмотреть на стены их собственного храма, почти ожидая увидеть, как и они гаснут у него на глазах. Выдающийся двенадцатый не изменился. Это было похожее на гору здание - разрушающаяся, изогнутая спираль из кости, взгромоздившаяся на гребень древней покрытой пылью волны. Души горели в его сердцевине, словно пурпурный огонь, истекали кровью из его стен, проливая аметист на пики и впадины Сумерек, и очертания крепости были затуманены миллионами кружащихся белых мотыльков, напоминавших морские брызги, разбивающиеся о корпус корабля. Свет переливался через мотыльков, излучался сквозь стены и вспыхивал в глазах Велигера, когда тот уставился на Мерасписа.
- Что происходит?
Мераспис, похоже, не слышал.
- Что произойдёт, если они все исчезнут?
.Велигер посмотрел на небеса, представляя мир без света. Звёзды не помогут - они были призраками, отголосками иных миров, не заинтересованными в освещении преисподен Шайиша. Без света Выдающихся Сумерки погрузились бы во мрак.
Пока он смотрел в растущую темноту, Велигер услышал незнакомый звук. Словно галька, стучащая по столу. Сперва он был далёким и нежным, но по прошествии минут становился всё громче, превращаясь в рёв.
Двое мужчин в замешательстве переглянулись, когда по всем Сумеркам загремели миллионы белых осколков. Море, которое всегда оставалось неподвижным, сколько они себя помнили, внезапно стало выглядеть так, будто на нём бушевал шторм, и когда ливень приблизился, он мощно ударил в стены крепости, наполнив воздух оглушительным рёвом.
Мераспис шагнул вперёд и высунулся из амбразуры.
- Град?
Затем он ругнулся и дёрнулся обратно, шипя от боли и баюкая руку.
- Что? - воскликнул Велигер, бросаясь к напарнику.
Мераспис покачал головой, сгорбившись и держась за руку.
- Пелена, - пробормотал он.
Велигер помог ему встать, а затем резко выдохнул. Плоть Мерасписа была разорвана, Дождь пробил кожу и кости, разодрав мышцы так, что рука выглядела, как кусок кровавого мяса.
Мераспис крепко обхватил изуродованную руку, стонал, ругался и смотрел на дождь.
Большинство осколков ударило ему прямо в ладонь, пробив её насквозь, но один всё же застрял, поблескивая белым на фоне тёмной, обнажённой плоти.
Велигер осторожно вытащил его из раны и осмотрел.
- Кость?
Они оба снова посмотрели на шторм, сбитые с толку.
Отбросив осколок, Велигер достал бинты и быстро перевязал руку Мерасписа. Порезы были глубокими. Вряд ли руку ещё можно было спасти. Но он мог хотя бы остановить кровотечение. Мераспис поморщился, когда Велигер начал обрабатывать его рану, но даже не вскрикнул, хотя должен был испытывать просто чудовищную боль.
- Мы должны идти к лорду Ауруну, - прохрипел он.
Велигер посмотрел на юг, в сторону их ближайшего соседа - Бесплодных местечек. Тот всё ещё тлел ровным, невозмутимым светом.
- Да, - согласился он, - лорд Аурун должен знать, что нужно делать. Он должен знать, что это такое.
Мераспис выпрямился и прижал изуродованную руку к груди.
- Гляди, - сказал он, кивая в сторону бойницы, - оно останавливается.
Шторм уже затихал, костяные осколки всё слабее били о стены, облака потянулись на юг.
Они наблюдали, как шторм прошёл через Сумерки, всё ещё потрясённые случившимся, после чего Велигер надел и застегнул шлем, проверил, чтобы каждая часть его доспеха была полностью закреплена, развернулся на каблуках и направился к лестнице.
- Аурун должен знать, что это было. Мне хватит пары часов, чтобы добраться до него.
Мераспис покачал головой.
- Мы не можем оставить Непогребённого без присмотра. Ступай один. Я бы всё равно тебя лишь замедлял. Я подожду здесь и займусь своими ранами.
Велигер немного поколебался, глядя на руку своего напарника, после чего кивнул.
- Хорошо. Я отыщу жреца Савана и приведу с собой.
Мераспис махнул рукой в сторону лестницы.
- Да иди уже. И побыстрее, - он посмотрел на облака. - Даже броня не сможет тебя надолго защитить, если буря вернётся.
Каждая крепость соединялась со своей соседкой мостом: дорожкой длиной в несколько миль, тянущейся от ворот до ворот, словно железные щупальца. Мосты назывались «путями», и изящными дугами простирались над всеми Сумерками. Некоторые были достаточно широкими, чтобы по ним могли плечом к плечу пройти пять человек, другие - просторными шоссе, и все они освещались огнём храмов, возвышавшихся на каждом конце мостка. Велигер побежал по южному пути, его подбитые ботинки лязгнули по древнему металлу, поднимая в воздух клубы пыли и стаи мотыльков. Уже очень давно никто не пользовался этим путём. Каждая крепость была практически самодостаточной, способной кормить свой гарнизон несколько месяцев, прежде чем затребовать новые припасы из столицы. Стражники Бесплодных местечек наверняка будут потрясены, когда увидят его. Нет, поправил он себя, не будут. Должно быть, они тоже видели, как гаснут огни. Они точно будут знать причину его появления.
Мысли о руке Мерасписа не покидали головы Велигера, даже когда он со всех ног бежал по мостку. Как непогода могла сделать такое? Откуда взялась эта буря?
Велигер не успел уйти далеко, когда услышал этот ужасный звук - то же зловещее шипение, что он слышал ранее. Кости снова падали на Сумерки, наполняя темноту шумом. Он остановился, качая головой и ругаясь. Не было ни единой возможности добраться до Бесплодных местечек, обогнав бурю. А что, если доспехи не выдержат?
Оглянувшись назад, он испуганно вскрикнул - тень накрыла его дом. Огромная изогнутая поверхность Выдающегося двенадцатого казалась запятнанной - как будто кто-то вылил чернила на его зубчатые стены.
Велигер всмотрелся пристальнее и увидел, что тьма представляла собой вздымающуюся массу меньших фигур - людей, облачённых в тень, заполняющих Сумерки и взбирающихся по стенам крепости подобно паразитам. Это было нападение. Осознание шокировало даже сильнее, чем костяной дождь. На памяти живых Выдающиеся не подвергались атакам. Захватчики, как ни в чём не бывало, пересекали поверхность Сумерек. Как такое могло быть? Мёртвые волны были смертельными. Никто не мог прикоснуться к ним и сохранить рассудок. Кем же были эти люди?
Ошеломлённо бормоча себе под нос, Велигер развернулся и со всех ног побежал обратно по тому же пути, что привёл его сюда, под шелест приближающейся из тьмы костяной бури.
Он побежал, но, казалось, еле передвигал ноги. С каждым шагом шум смертоносного дождя становился всё ближе, кости грохотали по Сумеркам и железу путей.
Он всё же успел добраться до крепости и устремился вверх по лестнице, стараясь добраться до любой крыши, что могла защитить его от убийственных осадков.
Когда он, наконец, добрался до неё и остановился, хватая ртом воздух в попытке отдышаться, свет вспыхнул ярче, ослепив его. Спустя несколько секунд, когда его глаза приспособились, он увидел знакомую фигуру, со всех ног бегущую к нему через площадь.
- Мераспис! - закричал он, опуская косу.
Человек врезался в него и они оба покатились по ступенькам.
Оказавшись внизу, Велигер тут же вскочил и развернулся, двигаясь с проворством, выработанным годами тренировок.
- Ты что творишь, Мераспис, чтоб тебя? - его слова умерли в глотке, когда мужчина повернулся к нему лицом. Это был не Мераспис. Это была сгорбленная, неуклюжая тварь, сутулившийся кошмар с дикими широко раскрытыми глазами, напоминающими плеть конечностями и плотью, свисавшей с костей. Это было похоже на оживлённый труп. Оно дрожало и дёргалось, его плоть была тёмной в серых пятнах, но он бросился на Велигера с шокирующей скоростью.
Велигер отступил назад, двигаясь бездумно, подчинившись въевшимся в кровь рефлексам. Его коса мелькнула дважды, и две половинки тела существа, разрезанные в пояснице, упали на землю.
Велигер отшатнулся и уставился на труп, качая головой.
- Что это вообще такое?
Застонав, верхняя половинка неожиданно задёргалась и потащила себя к Велигеру, руки цеплялись за землю, потроха волочились следом, глаза вращались.
- Покров! - закричал Велигер и обрушил косу на нежелающего умирать противника, рубя его удар за ударом, пока тварь, наконец, не затихла.
Однако облегчение быстро сменилось ужасом, когда он обернулся. И увидел десятки фигур. Неужели они все были такими?
Он крепко сжал косу и побежал дальше, бормоча в замешательстве.
Он не успел одолеть и половины подъёма, когда тени стали двигаться, сливаясь воедино и поднимаясь, чтобы прекратить ему путь. Десятки фигур бросились в его сторону, их головы дёргались, а дыхание вылетало с прерывистыми хрипами. Все они напоминали почерневшие трупы, дрожащие и безумные, глядя на него своими пустыми, жёлтыми глазами. Некоторые сжимали осколки кости или части сломанного оружия.
- Протравленные! - прошептал Велигер, чувствуя себя так, словно спит и видит кошмар. Он слышал рассказы о пожирателях трупов, но сам ещё никогда не сталкивался с ними лицом к лицу. Одного или двух, что-то вынюхивающих, иногда видели около Выдающихся, однако прежде ему не приходилось слышать, чтобы они нападали в подобных количествах. Когда Велигер оглядел вздымающуюся вокруг тьму, он осознал, что на стены поднимаются сотни.
Протравленные бросались к нему без единого звука, дрожа и спотыкаясь. Они напоминали тупых животных, которым придали человечье обличье.
Велигер отступил, едва не потеряв равновесие от свирепости атаки, а затем продолжил свой путь, пытаясь сохранять ясную голову, пока наполнял воздух потоками тёмной приторной крови.
Он атаковал ступени, отсекая конечности и рубя тела в попытке прорваться через толпу, но его усилия пропали втуне. Пожиратели плоти теснили его, пока он не потерял равновесие и едва не обезглавил сам себя.
Мгновенно вскочив на ноги, он свалил ещё нескольких протравленных, но был вынужден отступить, крича от шока и гнева.
Стены крепости горели всё ярче, заливая двор светом и рассеивая тени по всей площади.
Несколько протравленных отделились от основной группы и устремились к путям, их бессмысленный взгляд был сосредоточен на дальних огнях крепости лорда Ауруна.
- Нет! - закричал Велигер, отступая к мосту. - Вы не испортите Бесплодные местечки!
Толпа ринулась на него. Выдающийся засиял так ярко, что он едва мог разглядеть хоть что-либо.
Развернувшись на каблуках, он помчался к обратно к мосту, закрывающему проход на пути. Он не позволит протравленным пройти дальше в княжество.
А затем свет крепости погас, погрузив его во тьму.
Велигер не видел ничего, кроме остаточного изображения стен, что горело в его глазах.
Во тьме вокруг он услышал дыхание - рваные, хриплые вздохи, приближавшиеся со всех сторон.
А затем раздался барабанный бой бегущих ног и протравленные атаковали.
Велигер взмахнул косой вперёд и назад, срезая тела, которые не мог видеть, погружая лезвие в бьющиеся конечности.
Руки царапали его спину и лицо, цеплялись за доспехи, утягивали вниз.
Боль обрушилась на его тело, и он услышал, как буря пала на площадь, льющиеся с небес кости пробивали равно кожу и броню.
Кровь хлынула ему в глаза, и он упал под тяжестью завывающих в муках тел.



«Ваше Небесное Высочество.
Я очень сомневаюсь, что это послание пройдёт дальше ближайшей канавы, но всё равно чувствую себя обязанной попытаться. Кроме того, это даёт мне возможность пофантазировать, что где-то там, позади этого серого уныния, образованная душа следит за моими приключениями и сочувствует нелепости моего положения.
Несмотря на ужасающий способ, которым мы покинули Невозможную вершину, я всё ещё в компании ищущего погибель Истребителя. Я, как и все, удивлена подобному повороту событий. Выносить его компанию - достижение, намного превосходящее любые испытания, что я пережила в храме Убийств. Я прошу простить мне жалостливый тон, мои небесные превосходительства, но вы даже представить себе не можете худшего попутчика. Он по-прежнему настаивает на своих напыщенных претензиях на происхождение из иного, более древнего и великого мира, и чем дольше я нахожусь в его компании, тем чаще задаюсь вопросом, а что, если он прав? Не требуется особого воображения, чтобы представить его выползающего из какой-то давно забытой преисподней. Он хам и невежда, и склонен к совершенно непредсказуемым колебаниям настроения.
Во время нашего перехода через Высыхающее море (см. мой предыдущий доклад), он был в разъярённо бешеном состоянии, рыча на гребцов каждый раз, когда те чуть замедлялись, одержимый идеей отыскать Нагаша, и похоже, совершенно искренне верящий, что найдёт Бога Смерти терпеливо ожидающим его на следующем участке побережья. Затем, после того, как мы пришвартовались в Приливе надежды и не нашли того божества, он погрузился в пропитанную элем хандру, которую вы даже не можете себе представить. Так что теперь я томлюсь в выгребной яме под названием Клемп, пока Истребитель пытается упиться до смерти. Однако пока, к вящему сожалению, ни единого признака близкой смерти не наблюдается, что, однако, не помешало ему сделать несколько доблестных попыток. Будьте уверены, ваше высочество, я вытерплю любые унижения, и всегда буду рядом с ним. Руна Черномолота по-прежнему невредима, погружённая в его дородную тушу, и, так или иначе, я передам её вам. Доверие, которое вы мне оказали, не было ошибкой.
Кроме того, могу сообщить также, что этот участок береговой линии находится в весьма беспокойном состоянии. Господство Разрушительных сил более не абсолютно, что одновременно и плохая и хорошая новость для местного населения. Преисподнии в состоянии восстания. Духи-мстители вернули под власть Нагаша огромные территории, а севера начали совершать набеги банды разбойников. Владение Смерти находится в таком же беспорядке, как и все остальные. Любой, кто придёт сюда в поисках тихой загробной жизни, будет сильно разочарован. Наше путешествие вдоль побережья провело нас мимо нескольких хаоситских твердынь ужаса, и все они разрушены. И не было заметно ни одного признака контратаки. Это не похоже на работу грозовых воинств, так что я могу только предположить, что это дело рук Нагаша. Местные в Клемпе готовятся собирать манатки и улепётывать, да и вся округа охвачена неким общим безумием. Каждая карга и колдун утверждают, будто получили видения про ужасную чуму нежити. Они утверждают, что Нагаш совершил какой-то обряд или заклинание, которое дало ему абсолютную власть над Шаишем. Многие говорят о левитирующих чёрных пирамидах и легионах без плоти, ну и тому подобное, и трудно понять, сколько в том правды, но то, что что-то происходит, можно утверждать довольно определённо. Похоже, архинекромант нашёл способ вернуть себе многие из потерянных после вторжения Хаоса территорий.
В качестве дополнения, я должна доложить, что во время боя у Невозможной вершины к нам с Истребителем присоединился новый эксцентричный попутчик по имени Трахос. Он утверждает, что принадлежит к нашему ордену и, возможно, когда-то так и было, но сейчас этот человек определённо безумен. Если он попытается как-либо связаться с вами, не обращайте внимания. Он не знает своего собственного разума и ему нельзя доверять. Я позабочусь о том, чтобы руна не попала ему в руки и избавлюсь от него при первой же возможности.


Ваш самый преданный и верный последователь, Маленет Ведьмин Клинок».
Top
Serpen
Отправлено: Ноя 22 2020, 19:26
Quote Post


Активный пользователь
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 161
Пользователь №: 124
Регистрация: 27-Июля 19
Статус: Offline

Репутация: 15




* -мутные места

Первая глава
«Приглушённый барабан»


Готрек храпел, атакуя ночь брутальным рыком. Даже во сне он оставался дикарём, с каждым фыркающим всхрапом, словно ударяя молотом в голову Маленет. Звук пророкотал через грудь Истребителя и встряхнул цепочку, соединяющую его ухо с его носом. Жаровня на его руническом топоре ещё тлела, но свет, исходящий от грязных мышц дуардина, померк. Он скривился, словно собираясь заговорить, но затем отрыгнул и снова замер. Истребитель пил в течение нескольких часов, поглощая эль, словно воду, пока, наконец, не рухнул рядом с сортиром, окружённый трупами бандитов, в голову которых закралась дурная идея попытаться ограбить его. В этом конкретном уголке Шайиша не было рассвета, но даже бесконечный мрак не мог скрыть руну в груди Готрека. Могучая пластина из отполированной силы. Цепь, которая сковывала её с ним. Лик бога, сияющий с его рёбер, требующий, чтобы она сдерживала свой норов.
Она грациозно шла меж мертвецов, словно скользя по бальному залу, рассеивая мух и кровь, расслабленно держа в каждой руке по кинжалу. Грозорождённый вечный свалил, решив поискать в Клемпе новостей о своих сородичах, и она осталась с Истребителем одна.
Серебряный амулет в форме сердца, висевший на её шее, замерцал, показав пузырёк крови в своём ядре.
Сейчас. Это твой шанс.
Маленет проигнорировала амулет и продолжила подкрадываться к Истребителю, морщась от исходившей от него вони. Он был нелеп до гротеска. Уродливый комок из иссечённых шрамами мышц, обильно покрытый свиной щетиной и татуировками. Даже по низким стандартам дуардинской расы он был примитивен, словно хряк, что научился ходить на двух ногах и махать топором. Он был ниже разбойников, из которых нарезал себе кровать, но в два раза шире и сложен, как сарай. Несвежий, сладковатый запах эля окутывал побоище, смешиваясь с вонью готрековой отрыжки и жаля глаза Маленет. Когда она наклонилась ближе, не сводя глаз с руны, то увидела ошмётки в его бороде. Руна посмотрела в ответ.
Несмотря на своё отвращение, она колебалась, ножи дрожали в нескольких дюймах от дуардинского тела.
Амулет на горле снова замерцал.
Трусиха.
Этого было достаточно, чтобы подстегнуть её. Её мёртвая госпожа была права. Клемп скоро превратится в руины, как и все остальные города, через которые они прошли. Весь регион стоял на ушах. И когда начнутся боевые действия, кто будет знать, где в конечном итоге окажется Истребитель? Когда он был в ярости, не было ни единого способа предсказать, что он будет делать дальше. Это было чудо, что она вообще смогла так долго удержаться рядом с ним. Это может быть её последним шансом. Хотя кожа дуардина была подобна железу. Ей нужно было собрать все силы, чтобы вонзить ножи достаточно глубоко для того, чтобы отрава на их лезвиях попала ему в кровь. Она покрепче обхватила кинжалы и замахнулась, готовая ударить.
- Маленет, - голос эхом спустился вниз по переулку, тяжёлый от предостережения.
Она обернулась, опуская клинки.
Доспехи Трахоса мерцали, пока он хромал во тьме в её сторону, при каждом шаге из сломанной ножной пластины высекались искры. Из-за шлема было невозможно понять, о чём он думает, но, судя по тому, как воин двигался, Маленет поняла, что тот догадался, что она собиралась сделать. Его голова дёрнулась в бок и из ротовой решётки потёк свет. Он схватил металл руками, удерживая его неподвижно, но урон был куда глубже, чем просто повреждённая маска. Вся эта богомделанная броня не смогла защитить его разум.
Он остановился около трупов и уставился на неё, мерцая светом из глазных отверстий в шлеме-маске.
Грозорождённый молчал, но то, как он поднял свои молоты, говорило яснее любых слов: руна моя.
Они стояли так долго, глядя друг на друга поверх храпящей туши Готрека.
Трахос подошёл ближе, хрустя ботинками по сломанному оружию и разбитой броне. Небо стало бледнее, обрисовав его контур, и она увидела, как уверенно он держал свои боевые молоты. Псих или нет, но он по-прежнему оставался грозорождённым вечным. Отпрыском громового бога. Он был на несколько футов выше обычного человека, и, даже сломанный, его доспех представлял собой грозное зрелище.
Маленет переступила через груду тел, приготовившись. Она всегда знала, что этот момент настанет. Они не могли оба претендовать на руну. На ноге Трахоса от левого колена до верхней части ботинка зияла прореха. Она уже была там, когда он впервые подошёл к Маленет, несколько месяцев назад, блуждая среди холмов, как невменяемый пророк. Он отчаянно нуждался в лекарствах, ремонте или любой другой помощи, которую оказывали грозорождённым, когда они возвращались во владение Небес. Каждый шаг давался ему с трудом, азиритские доспехи вспыхивали каждый раз, стоило ему пошевелиться. Она улыбнулась. Обычно воин, подобный ему, стал бы истинным испытанием даже для её навыков, но в этом состоянии он будет лёгкой добычей. Этой ночью Кхаин напьётся свежей крови.
Маленет провела одним из клинков по одному из висевших на поясе пузырьков. Кристалл раскололся беззвучно, но она сразу же почувствовала запах яда, разлившегося по лезвию.
Трахос присел, изготовив молоты.
Двое бойцов напряглись, готовые нанести удар.
- Задница Грунгни! - заорал Готрек, вскакивая на ноги и поднимая топор. - Люди, разве вы не понимаете, когда вас отхреначили!
Он покачивался, явно растерянный, всё ещё под хмелем, пронзая ночь хмурым взглядом своего единственного глаза, пытаясь сосредоточиться и разглядеть противника. Не увидев ни одного, он повернулся к Маленет.
- Эльф! Где эти засранцы!
Маленет опустила оружие и Трахос последовал её примеру. Шанс был упущен. Она покачала головой.
- Все мертвы, - окинув Трахоса предупреждающим взглядом, она отступила.
Хмурая гримаса так и не оставила мрачное лицо Готрека, кожа на котором была серого цвета, как у трупа. Он пнул тела неудачливых грабителей.
- Слабаки. Они мечом-то едва могли махнуть. В вашем вонючем мире даже черепа раскалывать не так весело.
Руки Трахоса дрожали, когда он засовывал молоты за пояс.
- Это не мой мир.
- И не мой, - сказала Маленет, оглядывая своеобразный ад, в который их привёл Готрек. Небо было цвета старой оловянной посуды: тусклой, холодной и заклёпанной звёздами. И звёзды не сияли, а излучали безжалостную черноту. Точки абсолютной тьмы, окружённые пурпурными коронами, раны в небе, проткнутые пальцами, с которых стекала смола.* И город не уступал небу в мрачности. Вдали слышались панические крики и шум спешно загружаемых повозок. Столбы дыма стелились по небу, сигнализируя о приближении другой армии. Они выглядели как следы от когтей на серой коже.
Готрек пробормотал дуардинское проклятье и начал выбираться из своей трупной постели.
- Где эль?
- Ты всё выпил, - ответил Трахос.
Истребитель нахмурился и почесал свой бритый череп, колыхнув огромный огненно-рыжий хохол пропитанных жиром волос. Затем он впился взглядом в землю, его могучие плечи поникли, а рукоять огромного топора безвольно повисла в его руке. Он что-то шептал себе под нос, повесив голову, и Маленет задумалась, о чём он думает. Он вспоминал свой дом? Мир, который, по его словам, был столь же велик как Смертные владения? Она подозревала, что большинство его мыслей касались его прошлого. Чего ещё? В нём было что-то трагическое, решила она. Он был как окаменелость, возрождённый жестокой некромантией и выброшенный в мир, где никто его не знал.
- Ты прав, - сказал Готрек, внезапно поднимая голову и с широкой ухмылкой на лице. - Нам нужно больше эля.
Маленет недоверчиво покачала головой. И уставилась на дуардина вместе с Трахосом. Любой другой ощутил бы их ненависть, как физический удар, но Готрек даже не почесался. Он махнул им рукой, чтобы они шли назад по переулку, прочь от подсобки, а сам, весело напевая, отправился на главную улицу.
Их взгляду предстал хаос. На каждой перемычке окна или дверного проёма гремели плетёные клетки размером с человеческую голову, наполненные зубами, кожей и костями. Наряду с подношениями Нагашу можно было заметить и восьмиконечные звёзды, спешно сколоченные и раскрашенные в кричащие цвета. Мангалы извергали облака синего дыма на деревянные иконы, на которых были изображены лики демонов и святых. И всё это радостно соседствовало с жёлтыми амулетами в виде молота, с выбитыми на них азиритскими рунами. На каждом углу можно было заметить отчаянную попытку успокоить какого-либо бога. И через этот карнавал цветов и форм во всех направлениях метались люди, швыряя вещи из окон или карабкаясь в фургоны. По улицам дул холодный ветер, казавшийся тяжёлым от предчувствия. Мужчины и женщины плакали и спорили, в то время как их дети боролись в пыли, словно предчувствуя грядущее насилие, что вот-вот должно было случиться. Уже несколько недель провидцы в городе, да и во всём регионе, страдали от мучительных видений. У одних прорастали рты в подмышках, извергающие потоки желтушной рвоты. Других посещали ужасные, лишающие рассудка видения, а некоторые обнаруживали, что их голоса сменялись звериным, гортанным языком, которые они могли понять с тем же успехом, что и молчание. Каким бы ни был характер их видений, все они сходились в одном - пришла смерть. Большинство людей восприняли это как сигнал к бегству, но Готрек, всё ещё разъярённый из-за того, что так и не встретил Нагаша, решил остаться, смакуя предстоящий бой, как отвлечение, по крайней мере.
Когда Готрек вышел на обдуваемую холодным ветром улицу, то едва не столкнулся с огромным зверем, которого вели сквозь толпу - облачённым в броню мамонтом, заваленным мехами и мешками, чертящим следы в дорожной грязи концами бивней. Десятки одетых в меха кочевников заполняли его паланкин, а ещё больше роилось вокруг, подгоняя зверя палками и оскорблениями, пытаясь вытащить ещё немного скорости из грузного существа.
Готрек остановился, уставившись на кочевников, и Маленет не стоило большого труда догадаться, что вызвало его раздражение. Ей не хотелось признавать это, но она начинала понимать его. Он был во многом грубым и бессердечным, но имелось несколько вещей, которые, казалось, особенно оскорбляли его примитивные чувства. Вид дикого существа, принуждённого к рабству, был одной из таких. На миг ей показалось, что он бросится на кочевников, но секунду спустя он покачал головой и потопал дальше, пропихиваясь между торговцев в сторону самого большого здания, что-то ворча себе в бороду.
Маленет изо всех сил старалась не отставать, когда он открыл дверь и погрузился в мрачную обстановку «Приглушённого барабана». Несмотря на панику, царившую снаружи, единственная гостиница Клемпа была битком набита вялыми, находящимися в ступоре клиентами - люди, которые ушли так далеко, что им в голову даже не приходила мысль попытаться спасти свою шкуру, люди, которые называли мрачные пророчества чепухой. Здесь было ещё больше кочевников во всё тех же грязных мехах, но кроме них и впечатляющее своим разнообразием множество людей иных верований и наций со всех уголков Аметистовых княжеств и окружающих их земель. Маленет заметила огромных дикарей с востока столь же татуированных, как Готрек, и выглядевших столь же неотёсанными. Были похожие на бродяг паломники, одетые в рванину и с подведёнными углём глазами и угольным же макияжем, который, правда, был несколько расплывчатым из-за пива, в лужах которого они лежали. В одном углу сидела группка путешествующих изгнанников-дуардинов, сгорбившихся над своими напитками и поглядывавшими на Готрека из-под украшенных гребнями побитых шлемов.
Готрек не стал обращать на них внимание и протолкался через весь зал прямо к центральной стойке бара, где высокая, свирепо выглядящая женщина нависла над одним из клиентов и трясла его из стороны в сторону, пока монеты не выпали из его хватки и не покатились, звеня, по стойке.
- В следующий раз, - прорычала она, - это будут твои кишки.
Мужчина отошёл от неё, а затем ошалелой грудой рухнул на пол, правда очень быстро вскочив на четвереньки и убравшись с дороги, когда мимо него протопал Готрек.
- Всё равно слабо, - сказал он, глядя на неё.
Она недоверчиво покачала головой, а затем перегнулась через стойку и посмотрела на него сверху вниз, разглядывая его впечатляющее брюхо.
- Ты всё это выпил?
Готрек ударил кулаком по своему брюху и рыгнул.
- Ничто для меня.
Женщина перевела взгляд на подошедшую Маленет.
- Он правда всё выпил?
Маленет неохотно кивнула, ощутив раздражение от того, что хозяйка выглядела впечатлённой.
Готрек изучал бутылки позади женщины.
- Есть что покрепче?
Она уставилась на него.
- Ты с ними? - спросила она, указывая на группку дуардинов.
Готрек продолжал изучать напитки, пропустив вопрос мимо ушей.
Единственным признаком того, что он был услышан, стала едва заметно напрягшаяся челюсть.
Пожав плечами, он сняла с полки бутылку и поставила перед собой. Бутылка имела форму вытянутой слезы и явно была древней - толстая штуковина из мутного зелёного стекла, покрытого пылью и пеплом. И, кроме того можно была заметить фрагменты чего-то, взвешенного в жидкости.
Готрек схватил бутылку и поднёс её к камину, который потрескивал рядом с баром, с прищуром вглядевшись в кружащийся осадок.
Женщина ухватилась за один из его похожих на ствол дерева бицепсов.
- Это недёшево.
Готрек бросил в неё несколько монет и продолжил вглядываться в напиток.
Затем он одним тычком своего толстого пальца проткнул пробку внутрь и комнату наполнила омерзительная вонь.
Маленет закашлялась и прикрыла лицо рукой.
Готрек принюхался, а затем поморщился.
- Это не «Багманское».
- Тогда не пей, - посоветовала Маленет, вспоминая последний раз, когда он напился. Им ни за что не удастся покинуть Клемп невредимыми, если Готрек затеет драку, как раз, когда из-за горизонта появится армия. Он бросил на неё предупреждающий взгляд.
- А как же Нагаш? - выпалила она первое, что пришло в голову.
Его хмурый взгляд стал ещё мрачнее, однако он не стал подносить бутылку к губам.
- Ты притащил нас сюда, чтобы найти его, - Маленет бросила взгляд на Трахоса. Тот стоял в нескольких футах, наблюдая за разговором, но, как обычно, казалось, ничего не замечая, погружённый в свой собственный ад. Понимая, что от грозорождённого помощи не дождёшься, она вновь повернулась к Готреку. - А теперь, когда его армии собираются напасть на нас, ты, похоже, намереваешься напиться до потери сознания. Ты можешь упустить шанс, который так искал - шанс встретиться с ним. Ну, или что бы ты там не надеялся достичь.
Готрек сердито зыркнул на неё.
- Его здесь нет. У богов нет яиц, чтобы самим вести войну. Нагаш будет где-то прятаться, как и все остальные, - с этими словами он сделал глубокий глоток из бутылки, не сводя взгляда с Маленет.
Затем он сделал паузу, после чего швырнул ещё несколько монет, прихватил бутылку, отнёс её к одной из скамей, что стояли вдоль стен комнаты, и уселся. Скамейка протестующе заскрипела, принимая на себя его немаленький вес.
На скамейке уже сидел пожилой мужчина, который с интересом наблюдал, как Готрек сделал ещё один глоток отвратно воняющего пойла. Мужчина был высок и строен, с прямой спиной и гордым видом, и, потягивая свой напиток, двигался скупыми, отточенными движениями аскета. В отличие от всех остальных в «Приглушенном барабане», одет он был безупречно. Его рубаха, плащ и брюки были вышиты золотой нитью, а зачёсанные назад волосы, несмотря на заметные залысины, были так украшены бисером и полудрагоценными камнями, что напоминали тюбетейку.
Когда Готрек опустил на стол полупустую бутылку, он наклонился к нему и прошептал:
- У вас есть дело к некроманту?
Пойло явно ещё не начало действовать на Истребителя. Его рука выстрелила с удивительной скоростью и вцепилась в тощую шею мужчины.
- Кто спрашивает?
Странный шум донёсся из груди человека. Быть может, это был смех.
Готрек выругался. Вместо того чтобы ухватиться за кожу и кости, его рука прошла сквозь шею мужчины и осталась с горсткой пепла, который ссыпался на пол, как только Готрек отдёрнул руку. Он посмотрел на мужчину.
В течение доли секунды у старика не было шеи, только оползень из тонкой пыли, падающий с его нижней челюсти ему на плечи. Напоминало песок в песочных часах. Затем пыль затвердела, и шея человека снова приобрела нормальный вид. Он пригладил свои напомаженные волосы и посмотрел на Готрека, его глаза блестели и не были сфокусированы, как будто он всматривался в дым.
Щёки Готрека вспыхнули от ярости, и он схватил рукоятку своего топора.
- Что ты? Дух? В своё время мы сжигали беспокойных мертвяков.
- Я хорошо отдохнул, спасибо, - ответил мужчина с рассеянной улыбкой.
Маленет и Трахос подошли к столу.
- Что ты? - спросила Маленет.
Мужчина проигнорировал вопрос, изучая руну на груди Готрека и шипы на обтягивающей Маленет коже. Затем перевёл взгляд на побитый зигмарит доспехов Трахоса.
- Вы не похожи на слуг Великого некроманта.
- А ты - да, - сказал Готрек, делая ещё один глоток из бутылки. - Что ты… - он колебался, глядя на бутылку в своей руке. - На самом деле весьма недурно.
Он посмотрел на хозяйку и одобрительно кивнул.
К удивлению альвийки нелепая женщина покраснела.
- Как и ты, огненный убийца, я не преклоняю колени перед богами, - заговорил меж тем мужчина, глядя на Готрека с плохо читаемым выражением.
- Я не огненный убийца, и мы с тобой не похожи, - Готрек встал и отошёл от стола, но споткнулся и был вынужден ухватиться за скамью, чтобы не свалиться.- А она действительно хороша, - снова пробормотал он, после чего вновь грузно опустился на издавшую протестующий скрип скамейку.
- Зачем ты хочешь связаться с Нагашем, если не служишь ему? - спросил мужчина.
- Что ты? - вмешалась Маленет, крепче сжимая рукояти кинжалов. - Ты - человек?
- Я - Курин, - ответил он, протягивая руку.
Маленет подозрительно посмотрела на него.
Готрек закрыл глаза и прислонился спиной к стене, а когда некоторое время спустя снова открыл их, то ему пришлось несколько раз моргнуть, чтобы сосредоточиться.
- Ты пьян, - проворчала Маленет.
Готрек осклабился.
- А ты уродлива. Но завтра я буду уродлив, а ты будешь… - он осёкся и нахмурился. - Нет, погоди… Я имею в виду, что завтра я всё равно буду уродливым, а ты будешь пьяна, - он покачал головой, пытаясь вспомнить шутку, которую он отпускал каждый день на прошедшей неделе.
- Я принадлежу к ордену магистров, который называется Тишина, - продолжил мужчина, не обращая внимания на путаные бормотания Готрека. - Каящиеся, как некоторые нас иногда называют.
- Я никогда о вас не слышала, - ответила Маленет, продолжая подозрительно разглядывать их странного собеседника. Хватало людей, которые с радостью бы наложили лапу на руну в груди Готрека. Возможно, то, что Курин оказался в «Приглушённом барабане» именно в этот час, не было случайным стечением обстоятельств.
- Немногие слышали, - ответил Курин. - Наши навыки больше не пользуются спросом.
- Навыки?
Он снова вытянул руку вперёд, так вяло и отчуждённо махнув ей перед Маленет, что она подумала, не ждёт ли он, чтобы она поцеловала её. А затем он повернул руку ладонью вверх.
Маленет, Готрек и Трахос наклонились ближе, с удивлением наблюдая, как линии на его ладони поднимаются в воздух небольшими дымными завитками.
- Прикоснитесь к ним, - сказал он.
Маленет покачала головой, а двое её спутников резко отшатнулись назад.
Он пожал плечами.
- Мы древний орден. Мы правили этим королевством в давние времена, задолго до этих неотёсанных варваров, что ныне борются за господство над ними. Мы едины с пылью. Мы не разделяем ни одного из недостатков человечества - ни сомнений, ни сожалений, ни горя, ни стыда. Дёрн - наша плоть, земля - наша постель. Это делает жизнь простой. Смертные опасения нас не беспокоят, поэтому у нас есть время, сфокусироваться на более важных вопросах.
Готрек сумел-таки сосредоточиться.
- Говоришь, ни о чём не беспокоишься? - сказал он, затем вытащил кусочек мяса из бороды, пару секунд смотрел на него, а потом засунул в рот. - Звучит не очень «возвышенно». Даже я это могу.
Курин улыбнулся, его рука всё ещё была вытянута, а кожа всё ещё кружилась в небольшом смерче.
- Я чувствую, что тебя волнует больше, чем ты готов признать. Но я могу избавить тебя от твоих преступлений. Мы способны заглянуть в души, Убийца - мы видим их ценность, и видим, что их преследует. Возьми меня за руку, скажи, что с такой силой заставляет тебя напиваться, и я заберу у тебя память.
Готрек ухмыльнулся, но затем заколебался и с сомнением уставился на руку мужчины.
- Заберёшь, говоришь?
Истребитель мало что рассказал Маленет о своей прошлой жизни, но она знала, что дуардин хотел искупить какой-то проступок, совершённый в прошлой жизни. Он искал славную смерть в битве, как своего рода покаяние. Её пульс участился. Если Готрек сумеет забыть то, что так стремится искупить, он перестанет столь целеустремлённо идти к собственному уничтожению. Она могла просто привести его, как подношение, домой, в Азир, вместе с неповреждённой руной Черномолота.
Курин всё ещё улыбался.
- Или, если ты не хочешь избавляться от своего болезненного прошлого, я могу дать тебе шанс на примирение. Я могу разбудить твоих призраков, Истребитель. Я могу вытащить твои тени на свет. Есть ли кто-то, кого бы ты хотел обвинить? Или извиниться? Мои возможности велики.
- Шарлатан, - усмехнулась Маленет. - Думаю, ты ещё и гадаешь. И сколько же это будет стоить?
- Никаких денег. Просто искренность. Нагаш преследовал мой орден на протяжении бесчисленных поколений, - Курин вяло взмахнул рукой, указывая на улицы снаружи. - И оставил меня в окружении людей настолько глупых, что они поклоняются всем богам одновременно, когда не должны поклоняться ни одному, - он по-очереди оглядел всех троих, сохраняя на лице полуулыбку. - А теперь я слышу, что вы трое ищете его. В то время, как любой другой червяк в Клемпе хнычется Нагашу, ты хочешь сразиться с ним. Я давно не слышал ничего, кроме страха, - он посмотрел на руну в груди Готрека. - В тебе есть что-то иное.
Маленет кивнула.
- Итак, если мы расскажем тебе, зачем ищем Некроманта, ты избавишь Готрека от его вины?
- Если это то, чего он хочет.
Истребитель всё ещё смотрел на руку Курина, но Маленет поняла, что разумом он вновь унёсся в прошлое. Его обычно жестокое лицо разгладилось, и, лишившись привычного выражения ярости, теперь оно казалось больше суровым, чем зверским - шокирующая масса из шрамов и ломаных костей.**
- Итак? - подтолкнул Курин со странным блеском в глазах.
Готрек так пристально всматривался в протянутую руку, что Маленет испугалась, не вогнало ли выпитое им пойло дуардина в какатонический ступор. Затем он рассмеялся и, откинувшись назад, сделал ещё один глоток.
- Эти владения так чертовски хитры. Я вижу, что ты делаешь, колдун - ты отнимаешь у меня прошлое и оставляешь меня лыбящимся, как идиот. Ты бы заставил меня забыть о моей клятве.
Курин нахмурился, растерянно покачал головой, но прежде чем он смог ответить, Готрек продолжил.
- Для меня нет успокоения, волшебник. Нет отпущения грехов. Нет проклятого искупления. Пока я не найду свою погибель, - по мере того, как гнев Истребителя рос, его слова становились всё менее внятными. - И, так или иначе, боги дадут её мне.
- Готрек, - заговорил Трахос. - Мы понятия не имеем, зачем ему знать о твоих делах.
Маленет удивлённо подняла голову. Грозорождённый почти никогда не говорил, а когда всё же открывал рот, редко произносил что-то внятное.
Готрек рассмеялся и наклонился к Курину, пренебрежительно отмахнувшись от Трахоса.
- Мой друг копает не полной лопатой. Он думает, что я должен беспокоиться насчёт тебя. Если бы он знал хотя бы половину того, что я убил, он бы знал, что мне нечего беспокоиться о ком-то, чьи мозги превратились в пыль, - он покачал головой. - Я имел в виду пыль вместо мозгов. Дьявол, из-за тебя я путаюсь. Держись подальше от моей головы. Прошлое - это единственное место, куда я всё ещё рад идти. И я буду тебе благодарен, если ты не станешь пытаться испортить это.
Курин вежливо кивнул.
- Конечно. Надеюсь, я вас не оскорбил.
Готрек уставился на стол и покачал головой.
- На самом деле, я впервые услышал что-то разумное за всё время моего пребывания в этих никчёмных владениях. Боги - идиоты. Поклонение богам - занятие для придурков. Ты прав, - он неуклюже махнул в сторону Маленет и Трахоса. - Эти двое думают, что смогут заработать себе местечко во главе какого-нибудь славного божественного воинства, если сделают из меня приз, - он засмеялся. - Посмотри на них, мечтающих стать скамеечкой для ног у святоши.
Курин грустно улыбнулся.
- Проклятие набожных. Так бодро молиться о причине их боли.
- Айе, - согласился Готрек. Его тон был мрачным, когда он звякнул бутылкой, чокаясь со стаканом старика. - Боги ни на что не годны, - пробормотал он, - кроме ловли моего топора.
Маленет покачала головой, слабо понимая, зачем старик ловит каждое пьяное слово Готрека.
- Трахос прав, - сказала она. - Мы должны держать наши дела при себе.
- Наши дела? - воскликнул Готрек. А затем вскочил на стол и заревел на всю залу. - Это моё кровавое дело и я буду делиться с ним, с кем захочу.
Шум разговоров стих, когда все увидели обезумевшего, превышающего размером обычного убийцу, покачивавшегося на столе.
Маленет закрыла лицо рукой.
- Я пришёл сюда за Нагашем! - заорал Готрек, размахивая топором. - Вы, трусливое отродье, можете убегать и прятаться, где захотите, но я собираюсь похоронить это никчёмное лезвие в его никчёмной черепушке, - он бросил топор вниз и тот расколол стол надвое, сбивая на пол напитки и самого Готрека.
Последовал взрыв воплей и ругательств, когда разъярённые люди вскакивали на ноги, вытаскивая оружие и обрушивая на Готрека потоки брани, возмущённые от обвинения их в трусости.
Вокруг Истребителя собралась впечатляющая толпа, когда он, наконец, поднялся на ноги и подобрал своё оружие.
Маленет вытащила свои ножи и одним прыжком заняла место рядом с Готреком, всё ещё бурча проклятья себе под нос. Трахос в свою очередь так же достал свои молоты из-за пояса и встал с другой стороны от дуардина. Трио являло собой яркое, впечатляющее зрелище и пьяные посетители заколебались.
Дуардины, которые наблюдали за ним с того самого момента, как Готрек зашёл в таверну, дёрнулись было присоединиться, но Истребитель ожёг их разъярённым взглядом.
- Даже не думайте, жалкая насмешка над гномами, - прорычал он, обходя ближайшего из них.
И тут раздался хор задыхающихся вздохов и вся толпа, как один человек, отхлынула от Готрека. Вены под их кожей внезапно набухли и заизвивались подобно змеям. Некоторые упали на колени, хватая ртом воздух и всхлипывая, пытаясь дышать, в то время как другие поковыляли к дверям.
- Подождите! - закричал Курин, поднимаясь со скамьи и стряхивая ошмётки стола с рукавов своей мантии. Пройдя через комнату, он, с доброжелательной улыбкой на лице, вытянул руку. Линии на его ладони снова поднялись в воздух, превращаясь в миниатюрный торнадо, кружась и скручиваясь между его пальцев. - Опустите оружие, друзья мои. Нет необходимости в раздорах. Я заплачу за любые издержки.
Он сжал кулак, и из десятков лёгких вырвался хрип, когда люди снова смогли дышать.
Последовала ещё парочка недовольных криков, но никто не сделал попытки напасть. Они смотрели на Курина с ещё большей опаской, чем на Готрека. Когда все, наконец, начали расползаться по своим местам, приглушённо бормоча проклятия, Маленет вспомнила, что, пока к нему не подсел Готрек, старик сидел совершенно один. Никто не осмеливался сесть рядом с ним.
- Ты украл у меня драку, волшебник, - Готрек приподнял топор и предупреждающе посмотрел на Курина. - А здесь и без того так мало чем можно заня…
- Я могу добраться до Нагаша, - улыбнулся Курин.
Готрек застыл.
Присутствие Курина нервировало даже самых крепких воинов в зале. Пока он медленно подходил к Готреку, они поспешно убирались у него с дороги, отходя в тёмные уголки. Маленет сотни раз видела то же самое. Мало кто из смертных жаждал вызвать гнев колдуна.
Курин кивнул в сторону выхода.
- Мы можем поговорить в моих комнатах, - он аккуратно положил несколько монет на стойку и подошёл к двери, махнув Готреку следовать за ним.
Истребитель подозрительно посмотрел на него, затем пожал плечами и вышел во мрак. Маленет и Трахос бросились за ним.

* -мутные места
[Показать/Скрыть]
* -
Цитата
`Nor mine,` said Maleneth, looking around at the peculiar hell Gotrek had led them to. The sky was the colour of old pewter, dull, bleak and riveted with stars. The stars did not shine but radiated a pitiless black. Points of absolute darkness surrounded by purple coronas, wounds in the sky, dripping fingers of pitch.

- И не мой, - сказала Маленет, оглядывая своеобразный ад, в который их привёл Готрек. Небо было цвета старой оловянной посуды: тусклой, холодной и заклёпанной звёздами. И звёзды не сияли, а излучали безжалостную черноту. Точки абсолютной тьмы, окружённые пурпурными коронами, раны в небе, проткнутые пальцами, с которых стекала смола.*
** -
Цитата
The Slayer was still staring at Kurin`s hand, but Maleneth sensed that his mind had slipped back into the past again. His usually fierce expression was gone, and robbed of its normal ferocity, his face looked brutalised rather than brutal -a shocking mess of scars and buckled bone.

Истребитель всё ещё смотрел на руку Курина, но Маленет поняла, что разумом он вновь унёсся в прошлое. Его обычно жестокое лицо разгладилось, и, лишившись привычного выражения ярости, теперь оно казалось больше суровым, чем зверским - шокирующая масса из шрамов и ломаных костей.**
Top
Serpen
Отправлено: Дек 6 2020, 12:10
Quote Post


Активный пользователь
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 161
Пользователь №: 124
Регистрация: 27-Июля 19
Статус: Offline

Репутация: 15




Вторая глава
Костяной дождь


Волшебник неожиданно остановился на середине улицы, уставившись на что-то. Мамонта уже не было, но толпы людей, сновавших туда-сюда и укладывавших повозки, никуда не делись. Некоторые последовали примеру Курина и, остановившись, развернулись и устремили взгляды в сторону городских ворот.
- Бог Убийства, - чертыхнулась Маленет. - Что теперь?
- Ещё один дар богов, - ответил Курин, спокойный, несмотря на расползавшуюся по небу мерзость.
Позади ворот облака начали меняться - набухая и дрожа, сливаясь в чёрный грозовой фронт. И они явно не были обычными грозовыми облаками. Они вспучивались и вытекали из пустого неба, подобно дыму из раны.
Чем больше людей замечало изменения в небесах, тем сильнее становилась паника. Раздались крики, полетели на землю брошенные в отчаянии пожитки, что мгновением раньше запихивались в телеги. Свирепый ветер усилился и сорвал висевшие на стенах домов костяные клетки, гоня их по улице, кружа в пыли и расшвыривая по сторонам пальцы и перья их наполнявшие.
Маленет закашлялась и прикрыла рот, вдохнув полную глотку пыли. В воздухе повис ужасный запах - тяжёлый густой смрад смерти. И шёл он от облаков, что формировались на горизонте.
Из «Приглушённого барабана» вывалились пьянчуги, бледнея и изрыгая проклятья, стоило им увидеть наползающий шторм.
- Сюда, - махнул им Курин, указывая на здание вниз по улице в направлении противоположном облакам.
Готрек проигнорировал его, вместо этого широко расставив ноги и вперев взгляд единственного глаза в надвигающуюся бурю.
- Готрек! - закричала Маленет, - Что бы это ни было… - её слова резко оборвались, когда оторвавшийся гостиничный знак едва не влетел ей в голову. Она отскочила в сторону и прикрыла глаза, когда знак ударился о мостовую и разлетелся на части, осыпав их дождём из щепок.
Готрек по-прежнему стоял грудью против ветра, улыбаясь и проверяя пальцем остроту своего топора.
- Не стоит умирать здесь, - заговорил Курин, - в этом унылом городишке. Не трать свою энергию на место, о котором уже можно забыть. Я могу показать тебе, как добраться до Нагаша.
Готрек оглянулся на него одновременно с тем, как ему в грудь врезались ошмётки разбитой святыни - осколки кости и проволока, перевязанная волосами. Он нахмурился.
- Расскажи-ка ещё раз, почему ты хочешь мне помочь?
- Я вижу в тебе что-то, дуардин. У меня такое ощущение… - Курин попытался сказать что-то ещё, но из-за ветра стало уже трудно дышать. Из чего бы не был сделан колдун, его тело не было связано физически так же, как тело любого другого. Он начал дробиться и рассеиваться, разрываемый яростно бьющим зловонным ветром. На миг показалось, что он полностью развеялся, унесённый ветром, но затем снова восстановился и его величавые черты вернулись на место. - У нас нет времени! - его наполненный неестественной силой голос разнёсся по улице.
Ноги Маленет против её воли понесли альвийку за ним, и она выругалась, когда поняла, что волшебник околдовал её.
Трахос стоял рядом с Готреком, подняв боевые молоты, его тяжёлые доспехи позволяли ему устоять под напором ветра, когда все остальные были отброшены вниз по улице. Шторм был теперь настолько мощным, что перевернул несколько повозок, и кое-где вырвал двери и закружил их в пыли.
Готрек всё ещё смотрел на Курина, который удалялся прочь, то появляясь, то вновь скрываясь в поднявшейся пыли, а затем пожал плечами и пошёл вслед за колдуном. Трахос, спотыкаясь, побрёл следом.
Ветер вырвал крыльцо неподалёку от Маленет, и одна из балок болезненно ударила её по икрам. Она упала и покатилась по улице, задыхаясь и глотая пыль. Наконец, она врезалась в стенку магазина и сумела зацепиться.
Дура, сказала госпожа. Ты упустила свой шанс. Я же говорила, что так и будет.
Маленет зарычала, пытаясь возразить, но к этому моменту уже едва могла разглядеть Готрека. Он был просто мутным коренастым силуэтом в пыли, а над ним возвышался Трахос, массивный и непоколебимый.
- Готрек! - воскликнула она, но в этот момент облако взорвалось, с оглушительным треском расколовшись по середине, и извергнув дождь на дорогу, ведущую в Клемп.
Нет, не дождь - это было больше похоже на град, твёрдые белые блестящие осколки, которые, падая, поднимали небольшие облачка пыли.
Град ринулся к городу и несколько человек, всё ещё находившихся на улице, быстро нырнули в дома и захлопнули за собой двери и ставни.
К этому времени Маленет не видела ни единого признака Готрека или Трахоса.
- Нет! - зарычала она, вздёргивая себя на ноги и бросаясь в окно магазина. - Я не потеряю благословенную руну! Не после всего этого!
В комнате, присев за опрокинутый стол, скорчился человек. Она обожгла его взглядом и поползла к отверстию, где рухнула часть стены. Как только ветер снова обрушился на неё, альвийка увидела, что град добрался до города и разрывает улицу, словно ножи, барабаня по улице и несясь к ней сверкающей волной.
Мужчина задохнулся, уставившись на град так, словно это была орда демонов.
Его страх оказался заразительным. Маленет отползла от дыры и присела рядом с ним.
- Что это такое? - воскликнула она, изо всех сил пытаясь перекричать грохот.
Он покачал головой, по-прежнему не отрывая взгляда от колошматящей улицы стены града.
Маленет прижала лезвие ножа к его горлу.
- Что это такое? - повторила она, свирепея.
Он всё ещё не мог отвести взгляд от «дождя», но на этот раз, по крайней мере, ответил.
- Костяной дождь! - завопил он, как сумасшедший. - Буря Смерти! Буря Нагаша!
- Что это значит? - спросила Маленет, сильнее надавив на горло человека, пока у того не выступила кровь из пореза.
- Это значит, что идут протравленные! - он собирался сказать что-то ещё, но тут его лицо приобрело пурпурный оттенок и он привалился спиной к стене.
Маленет на мгновение растерялась, а затем вспомнила, как, готовясь к схватке с Трахосом, погрузила лезвия ножей в яд.
- Идиотка! - ругнулась она, глядя на побледневший труп.
Затем позволила ему упасть на пол и побежала в следующую комнату, по-прежнему надеясь отыскать Истребителя.
Вместо дуардина Маленет увидела лишь ещё больше местных жителей, прятавшихся под столами и испуганно вздрагивавших, пока буря била в стены подобно штормовым волнам в борт корабля.
Больше идти было некуда. Чертыхнувшись, альвийка пошла было к запертой двери, но укрывавшаяся под столами семья тут же подняла крик.
- Это просто град, - сказала она, обернувшись к ним. Впрочем, прозвучало это менее уверенно, чем ей бы хотелось.
- Это костяной дождь! - выпалил один из людей, яростно глядя на неё. - Он мгновенно разорвёт тебя!
Маленет нахмурилась.
- О чём ты говоришь?
Человек больше ничего не сказал, лишь закрыл голову руками и прижался к своим родным.
Маленет снова ругнулась и посмотрела на дверь.
- Это просто смешно, - прошипела она, однако не двинулась с места.
В конце концов, она принялась нетерпеливо расхаживать по комнате, бросая сердитые взгляды на испуганных людей, перебрасывая нож из одной руки в другую и размышляя о том, где сейчас могут находиться Готрек и Трахос.
Они пойдут с колдуном. Готрек будет лишь рад отделаться от тебя.
«Неправда, - подумала она. - Истребителю нравится издеваться надо мной. К тому же Трахос, определённо, нравится ему ещё меньше».
Примерно десять минут спустя шум бури начал стихать.
- Она уходит, - сказала она, испытывая зуд открыть дверь.
- Подожди, - остановил её мужчина, предупреждающе подняв руку. - Удостоверься точно.
Маленет испытывала жгучее желание вонзить нож в его жалкое лицо, но, тем не менее, дождалась, пока шум не стих окончательно. Затем она осторожно приоткрыла дверь и выглянула во мрак.
Дождь прошёл, но буря превратила улицы в свалку разрушенного мусора. Целые секции домов рухнули, открыв комнаты и разбросав мебель в пыли.
Среди обломков она заметила людей, все в крови, изрезанные, изуродованные они лежали в руинах домов, стеная от боли и выглядя так, словно выжили в поножовщине. Повсюду лежали частички града, создавая под ногами хрупкий ковёр, захрустевший под ногами Маленет, когда альвийка вышла на улицу. Наклонившись, чтобы разглядеть их поближе, она увидела, что «градины» были не холодными и блестящими, как она ожидала, а сухими и пыльными осколками кости.
Курин, Готрек и Трахос вышли из дома напротив, и колдун махнул в сторону истекавших кровью в пыли людей.
- Это только прелюдия.
Она покачала головой, но затем увидела, что имел в виду их новый знакомец. Вслед за бурей, выходя из пылевых облаков, появились спотыкающиеся фигуры.
Когда первый из них выбрался из пыли и его удалось нормально разглядеть, Маленет недоверчиво рассмеялась. Человек как будто разыгрывал нелепое представление. Он стоял в неловкой, сгорбленной позе, а лицо искажала безумная ухмылка. И только его глаза лишали зрелище всего веселья - они были полностью, абсолютно пусты.
Тяжело дыша и согнув кривые руки, он рванул к Курину. Пришелец был облачён в разбитые ошмётки доспехов и двигался так, словно его кости были сперва сломаны, а затем грубо сращены вновь. Он едва не падал, пока, спотыкаясь, нёсся через улицу, но, в конце концов, набрал скорость, прорвался через разбросанный на улице хлам и атаковал.
Курин без малейшего признака беспокойства наблюдал за приближающимся человеком, а когда тот почти добрался до него, просто рассыпался облаком пыли и его предполагаемый нападавший схватил пустоту, прежде чем с размаху рухнуть на землю.
Мужчина забился, брыкаясь и мутузя воздух, но вскоре вскочил и бросился на ближайшего к нему. К несчастью для него, этим «ближайшим» был Готрек.
Истребитель без какого-либо видимого усилия махнул своим огромным боевым топором и вонзил его в череп несчастного.
Мужчина пошатнулся под ударом, но умудрился остаться на ногах. Он выглядел скорее удивлённым, когда поднял руку и прикоснулся к торчащему из черепа лезвию.
- Ты мёртв, - подсказал ему Готрек.
Мужчина в ответ зарычал и попытался снова прыгнуть на него.
Истребитель ругнулся и, высвободив топор, нанёс косой удар, отрубив навязчивому противнику голову. Отрубленная черепушка отлетела в сторону и покатилась по пыльной улице.
И всё же, мужчина ещё несколько секунд, хлеща кровью из обрубка шеи, продолжал движение в сторону Готрека.
Наконец, он рухнул на землю и застыл.
- Готрек, - окликнул дуардина Трахос, махнув молотами в противоположную сторону улицы.
Десятки людей рвались в город. Они были облачены в окровавленные лохмотья и дёргались, словно марионетки. Их спины были так сгорблены, что отчётливо выпирали позвонки, а их длинные худые руки свисали до земли, так что они помогали себе ими при беге, шлёпая ладонями по грязи, словно обезьяны, бегущие на свет.
- Это что ещё за дрянь? - проворчал Готрек, глядя на Маленет.
Она в ответ лишь покачала головой и, обнажив кинжалы, повернулась лицом к толпе рвавшихся в их сторону искривлённых существ с пустыми взглядами.
- Это протравленные, - ответил Курин, возникший в нескольких футах от Истребителя. Пыль всё ещё окутывала его мантию, и потребовалось несколько мгновений, чтобы лицо колдуна окончательно затвердело. - Их господин впереди посылает костяной дождь. Это приносит им лёгкую победу.
Стая меж тем хромала и прыгала по улице, их руки были вытянуты и скручены, словно сломанные когти.
- Там, где им не хватает интеллекта, - улыбнувшись, сказал колдун, - они возмещают голодом.
- Упыри? - усмехнулся Готрек. - Я уже встречал таких прежде.
Он пьяно качнулся вперёд, врезался в опрокинутую телегу, но тут же выпрямился, поднял топор и швырнул себя прямо в атакующую толпу.
Миг спустя в стороны полетели отсечённые головы и руки.
Трахос, прихрамывая на один бок, присоединился к схватке, раскалывая молотами тех немногих, кого пропустил Готрек.
Маленет в отчаянии посмотрела на Курина, но тот лишь пожал плечами, причём вид бойни явно не вызывал у него неудовольствия.
- Ты можешь отвести его к Нагашу? - перекрикивая шум сражения, спросила она.
Он кивнул, по-прежнему наблюдая за схваткой.
К этому времени из пыли, всё так же хромая и дёргаясь, появились новые протравленные. И вокруг сражающихся и убивающих Готрека и Трахоса постепенно начал образовываться ровный круг, который постепенно сжимался.
Готрек и Трахос были многократно превзойдены числом, но Маленет не делала ни малейшей попытки помочь им. Она видела, как Истребитель расправлялся с куда худшими вызовами, даже не вспотев. Пока толпа без особого успеха пыталась затопить дуардина, альвийка повернулась к Курину.
- Почему ты хочешь ему помочь? - с трудом перекрикивая воющий ветер, спросила она.
- Грядут перемены, альвийка. Я чувствую их в этом ветру. И я вижу их в твоём приятеле. Помочь ему добраться до Нагаша может быть частью головоломки.
Маленет покачала головой.
- Слуги Бога-короля не…
- Я не служу Богу-королю! - воскликнул Готрек, отступая к ним, оставляя за собой груды изрубленных тел.
- Не напрямую, - сказала Маленет, - но…
- Никак!
Курин одобрительно кивнул и повернулся к Маленет.
- А ты? Пред сколькими богами ты падала ниц до этого? Зигмар - единственный твой хранитель?
Она зыркнула на него.
- Я - служитель Скрытого храма, Кроваворукого, Вдоводела. Повелитель Убийства - моя душа и моё сердце. Но я…
- Но ты не глупа, - прервал её Курин. - Чем бы ты не поклялась Кхаину, грозовые воинства Зигмара - твой единственный шанс на выживание. Итак, твоя непоколебимая вера теперь отдана богу бури.
Ярость вскипела в груди Маленет.
- Моя королева общалась с Кхаином. Она - Верховный оракул, и она предсказала поражение Хаоса. Вскоре все увидят силу Бога Убийств, - она рассмеялась. - Отворачивайся от богов, если хочешь, колдун, но это не поможет тебе избежать их гнева.
Курин закатил глаза.
Готрек оглядел мёртвых гулей, потом перевёл взгляд на набухшие на горизонте грозовые облака.
- Как ты собираешься отправить меня к Нагашу?
- Я ничего не смогу сделать, пока мы остаёмся в Клемпе.
Маленет собиралась задать ещё один вопрос, когда Курин молча поднял руку и кивнул на улицу.
Клемп кишел протравленными. Их уже были сотни, взламывающих двери и залезавших в окна. Жители вытаскивались из домов и миг спустя сквозь вой шторма прорезались крики несчастных, которых разрывали на части руками и когтями.
- В мои комнаты, - небрежно махнул Курин рукой в сторону одного из зданий. - И побыстрее.
Top
Serpen
Отправлено: Дек 20 2020, 12:40
Quote Post


Активный пользователь
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 161
Пользователь №: 124
Регистрация: 27-Июля 19
Статус: Offline

Репутация: 15




Третья глава
Последний из Тишины


Трахосу пришлось наклониться, а Готреку - повернуться боком, чтобы пройти в комнаты через низкий и узкий дверной проём. Истребитель к тому времени уже прикончил бутылку, взятую в «Приглушённом барабане», и теперь столь неуверенно держался на ногах, что, входя, развалил половину дверного косяка, наполнив комнаты обломками и парами алкоголя. Курин споро закрыл сломанную дверь, после чего быстро зажёг свечу. Слабый свет показал лачугу, загромождённую не сочетающейся мебелью и остатками недоеденной еды. Это был квадрат восемь на восемь футов, и было что-то нелепое в том, как Трахос и Готрек умудрились втиснуться в столь прозаически маленькое пространство.
- Дымовая завеса для любопытных, - пояснил Курин, расплывчато махнув в сторону комнаты.
Послышался шум борьбы и Курин покачал головой.
- Нам надо поторопиться, - он вытащил ключ, открыл дверь в дальней стене комнатушки, провёл их внутрь второй комнаты, после чего снова запер за собой дверь. С собой он взял свечу и, когда они зашли, свет замерцал на десятках безмолвных, бесстрастных лиц.
Маленет, не понимая, на что смотрит, схватилась за кинжалы. Когда её глаза привыкли к слабому свету, она увидела, что комната имела форму квадрата, как и первая, только без мебели. Вдоль стен стояли девять хрупких стариков, но они были столь неподвижны, что Маленет не могла не задаться вопросом, а не статуи ли это вообще. Одеты они были, как Курин, и выглядели почти одинаково с ним: вытянутые, аристократичные черты лица и нескладные конечности.
- Что теперь? - надавила на колдуна Маленет. - Вы только что закрыли нас в ловушке. Этим существам не потребуется много времени, чтобы взломать вашу дверь!
Курин проигнорировал её.
- Кто они? - спросил Готрек, пьяно покачиваясь и глядя на девять неподвижных фигур.
- Мои собратья, - ответил Курин, прикоснувшись к руке одного из стариков. - Это все, что остались. Последние из Тишины, - бормоча под нос, он взял руки старцев и связал между собой, так чтобы получился круг.
- Они спят? - поинтересовалась Маленет, находя всю сцену смутно неприятной.
Курин пождал плечами.
- Мы живём во фрагментах и урывках, продлевая так срок нашей жизни.
Отвращение Маленет росло. Сырая тёмная комната напоминала могилу, а безмолвные люди были похожи на похороненные в ней трупы. Она содрогнулась от одной мысли, на что готовы пойти люди в своей решимости избегнуть Нагаша.
- Что это за существование? Разве это жизнь?
Впервые с их встречи во внешней оболочке Курина появился разрыв.
- Это победа. Вот как мы победим, - немного нервно ответил волшебник. - А не через бездумную преданность чёрствым богам.
Снаружи доносился шум битвы, крики и вопли людей.
- Слышишь? - продолжала настаивать Маленет. - Что мы здесь делаем? Нам надо выбираться из Клемпа.
Курин восстановил самообладание и лениво отмахнулся.
- Время у нас есть. Никто не пройдёт через эту дверь, пока я не позволю, - он посмотрел на Готрека. - Есть путь к Нагашу. Вы должны отправиться в Морбиум.
Готрек покачал головой.
- Морбиум?
- Одно из Аметистовых княжеств. Не все из них пали. Некоторые остались скрытыми, - Курин засунул руку под одежду и вытащил оттуда цепь из девяти полированных замков, на каждом из которых была выгравирована своя руна. Они издали стук, когда он поднял их и провёл по рунам костлявыми пальцами. После чего повесил на шею каждому из молчаливых людей. - Морбиум, - продолжил он, не отрываясь от дела, - одна из старейших преисподен, которой правят царственные учёные, известные как Рассветные князья. Их знания магии Смерти столь же глубоки, как и у самого Великого Некроманта. Когда Нагаш попытался завоевать их царство, правящий в то время Рассветный князь бросил ему вызов. Нагаш наказал его за дерзость, но, утолив жажду мести, Великий Некромант угодил в ловушку, устроенную ему правителем Морбиуса. Князь пожертвовал собой, чтобы его родина смогла выжить. Часть сил Нагаша была перенаправлена в обряд, на подготовку которого князь потратил многие годы. Морбиум исчез, и, как не пытал Нагаш князя, так и не смог обнаружить местонахождение княжества. Рассветный князь спроектировал обряд так, что даже сам не знал, куда отправил своих людей, лишь бы только они избежали хищнических богов.
Курин рассказывал это с одобрением в голосе.
- Высокомерие Нагаша делает его слепым к тонкой работе тех, кого он пытается подчинить.
- Хорошо для Морбиума, - небрежно заявил Готрек. - Мне-то что с того?
- Всё меняется. Сила Нагаша возросла. Он использовал новую, более мощную форму магии Смерти. Никто не знает как, но внезапно он получил силу достаточную, чтобы отбросить даже самые сильные орды Хаоса. Но это касается не только Связанных кровью и Несущих гниль. Чума нежити прошла через Шайиш. Укрепления, что держались тысячелетия - рухнули. И Морбиум здесь не стал исключением. Обереги, столь искусно сплетённые князем, спали и скрытая жемчужина Аметистовых княжеств теперь открыта. Морбиум - одна из первых преисподен, одна из старейших, и теперь, похоже, падёт так же, как и остальные. На данный момент в её стене всего лишь небольшая трещина, но постепенно она будет становиться всё шире.
- И как это поможет нам добраться до Нагаша? - поинтересовалась Маленет.
- Обереги, скрывавшие Морбиум, были созданы с помощью собственной силы Нагаша. Нагаш не видит его, но Морбиум по-прежнему привязан к нему. Всё ещё часть его. В башне, в городе, в самом сердце Морбиума, есть камни, которые всё ещё помнят Нагаша. Я понятия не имею, кто ныне является Рассветным князем, но он связан с Нагашем. Он - путь к Великому Надиру.
Готрек ухмыльнулся, обнажив коллекцию сломанных зубов.
- Значит, если ты отправишь меня к этому Рассветному князю, он сможет переправить меня к Нагашу?
Курин оглядел руну из пра-золота в груди Истребителя. Она пылала в огне свечей, и такой же жар бушевал в глазах Готрека.
- Я думаю, тебе суждено добраться до него.
Истребитель кивнул с абсолютной уверенностью вдрызг пьяного.
- Да, Я тоже. Ты прав.
Трахос покачал головой.
- Мы первый раз видим этого человека.
Готрек рассмеялся.
- А что ты хочешь, чтобы я сделал вместо, человечек? Побежал в одну из твоих грозовых крепостей, чтобы вы там вырезали руну из моей груди и посмотрели, как она работает? - он постучал оголовьем топора по золочёному нагруднику Трахоса, его единственный глаз полыхал злобой. - Я - не одна из игрушек Зигмара.
Готрек пожал плечами.
- Кроме того, ты видел, что происходит снаружи. Куда бы мы не отправились, вряд ли там может быть хуже. А если ещё есть хоть малейший шанс схватиться с богом, то я не собираюсь упускать его, - он посмотрел на Курина. - Я согласен, колдун. Я отправлюсь в Морбиум, - его привычное хмурое выражение сменилось лёгкой растерянностью, когда он словно бы принялся спорить сам с собой. - У меня нет тележки с пророчествами и гадалками, но что-то привело меня в это место. Я здесь по какой-то причине. Так должно быть.
Маленет с отчаянием взглянула на Трахоса. Каждый раз, когда Истребитель напивался, это приводило к катастрофе.
Курин всё ещё смотрел на Готрека, явно заинтригованный. Он махнул на своих неподвижных братьев.
- Если ты действительно хочешь знать, зачем ты здесь, то мои братья могут помочь.
Готрек нахмурился.
- Я уже говорил тебе. Мой разум - только мой. Я не позволю тебе там копаться.
- Это не всё, что мы можем, Истребитель. Есть ли кто-нибудь из прошлого, кто мог бы тебе помочь? Ты говорил, что не знаешь, почему тебя вернули. Вернули откуда? Есть ли кто-нибудь из твоего дома, кто мог бы тебе помочь? Может быть какой-нибудь странствующий дух, кто-то, кто может дать ответ?
- Тьфу! - рассмеялся Готрек. - Мистическая тарабарщина.
Курин улыбнулся, ничего не сказав.
Готрек всмотрелся ему в лицо.
- Хочешь сказать, что ты можешь вызывать призраков из одного из этих нелепых владений?
Курин пожал плечами.
- Или из других миров. Я могу вызвать любого призрака, которого ты пожелаешь. Из этого мира или любого другого по твоему желанию.
Готрек почесал обросшую щетиной голову и начал расхаживать по комнате.
- Любого?
Курин кивнул.
- Готрек, - позвала его Маленет, покачивая головой от недоумения. - Прислушайся. Разве ты не слышишь, что происходит - нам надо уходить. Ты пьян, а он - мошенник. Почему он хочет помочь тебе? Должно быть что-то, о чём он не говорит. Посмотри на него. Он не более чем…
Готрек заставил её замолчать, предупреждающе подняв палец.
- Он за последние десять минут сказал больше толкового, чем ты за минувшие три месяца.
Готрек посмотрел на Курина.
- Есть одна душа. Призрак, с которым мне хотелось бы поговорить, - он продолжал кружить по комнате, избегая смотреть остальным в глаза и барабаня глыбоподобными пальцами по топору. - Поэт. Феликс Ягер. Я должен извиниться перед ним. Я не завершил дела, как должен был.
Глаза Курина вспыхнули в темноте.
- Феликс Ягер, - произнёс он и положил руку на плечо Готрека.
Истребитель дёрнулся было, стряхивая его руку, но что-то, происходящее с одной из недвижных фигур, остановило его прежде, чем он успел завершить это движение. Один из «родичей» Курина дёрнулся, как будто просыпаясь от долгого сна.
Готрек, словно забыв о лежавшей на плече руке Курина, подошёл к ожившему члену Тишины.
Температура упала.
Маленет оглянулась кругом, ощутив присутствие чего-то неземного. Она подошла к Готреку и поморщилась, увидев, что происходило с фигурой. Хрупкий старик всё ещё держал глаза закрытыми и казался мёртвым из-за страшного цвета лица и застывшей без движения тощей груди, но с его кожей что-то происходило. Как и на ладони Курина в «Приглушённо барабане» складки поднялись в воздух и закружились, скручиваясь и извиваясь в безмолвном танце.
Когда миниатюрный ураган окутал безмолвную фигуру, то начал размывать его черты, а затем принялся преобразовывать их. Все они с удивлением наблюдали, как появилось новое лицо - отмеченное шрамами и красивое.
- Это ты? - прошептал Готрек, глядя на лицо, которое двигалось под кожей, словно пытаясь пробить водную гладь. - Феликс?
- Ты, что, и вправду столь легковерный? - воскликнула Маленет. - Он шарлатан! Ты что, не видишь? Он просто показывает тебе то, что ты хочешь увидеть. Это всего лишь дешёвый трюк, предназначенный для…
- Он может говорить? - обратился Готрек к Курину, пропустив яростную отповедь альвийки мимо ушей.
- Дай ему минутку, - ответил Курин. - Он проделал долгий путь, чтобы оказаться здесь.
Более юное лицо, наконец, пробилось сквозь старое. Человек в замешательстве оглядывал комнату, пока его глаза, наконец, не остановились на Истребителе.
- Готрек! - воскликнул он. Голос звучал приглушённо, как будто проходил сквозь толстую стену. - Это действительно ты? - говоря, фигура дёрнулась и поковыляла вперёд, так же неуверенно, как те трупоеды, с которыми они сражались снаружи.
Готрек схватил мужчину за руки.
- Ты меня слышишь?
Он кивнул.
- Ты выжил? - потрясенно вопросил мужчина.
На миг, Готрек казался слишком подавленным, чтобы отвечать. Лишь несколько секунд спустя он смог справиться с собой достаточно, чтобы заговорить. Его голос был хриплым.
- Я должен был остаться с тобой, человеческий отпрыск. Они обманули меня. Гримнир обманул меня. Боги солгали, Феликс. Всё было потеряно.
Лицо позади лица улыбнулось.
- Если ты жив, то ещё не всё потеряно, - затем он нахмурился и оглянулся в темноту, словно его позвали. - Я больше не могу оставаться, - сказал он, отворачиваясь от Истребителя.
- Прости меня, - прорычал Готрек, всё ещё держа его за руки.
Маленет покачала головой, всё ещё не веря, что дуардин мог купиться на столь дешёвую уловку.
Феликс снова улыбнулся.
- Ты непрощаемый, Готрек. Ты всегда был таким, - затем выражение его лица стало серьёзным. - Заставь их заплатить. Заставь их заплатить за их ложь.
- Айе! - воскликнул Готрек, тяжело дыша. - Я близок. Нагаш уже недалеко. Я собираюсь обрушить весь его чёртов дворец на его… - он нахмурился, когда лицо под кожей исчезло, оставив лишь сморщенный лик старика. - Куда он исчез? - повернулся он к Курину.
Курин нахмурился.
- Он так ясно запечатлён в твоей памяти. Ничто не должно было помешать твоему разговору с ним. Что-то вернуло его назад. Что-то удерживает его - охраняет его душу.
Готрек сплюнул в пыль.
- Нагаш. Кто ж ещё? - он снова принялся расхаживать по комнате, размахивая топором так, что это не могло не вызывать тревоги в столь тесной комнатушке. - Неважно. Человеческий отпрыск сказал достаточно ясно. Заставь их заплатить. И я сделаю это. Начиная с Нагаша, - он сделал паузу и снова посмотрел на молчаливую фигуру, всё ещё потрясённый прошедшим разговором. Затем он повернулся к Курину. - Ну, и как мы доберёмся до Морбиума?
Курин, впрочем, по-прежнему не сводил настороженного взгляда со спящей фигуры, что только что разговаривала с Готреком. Затем он улыбнулся и махнул рукой, показывая им выйти за пределы круга. Он проверил цепи вокруг шей стариков, поправил замки и начал бормотать новое заклинание. Пока он говорил, плотный земляной пол начал кружиться и искажаться. Миниатюрная буря взвилась между неподвижными фигурами, кружась и вертясь, так что вскоре лица стариков стали неразличимы для Готрека и его спутников.
Когда пыль рассеялась, Курин по-прежнему улыбался. А у его ног появилось отверстие с узкими ступенями, ведущими во тьму.
- Следуйте за мной, - сказал он, ступая на лестницу, - вход в Морбиум недалеко.

Top
Serpen
Отправлено: Дек 27 2020, 13:03
Quote Post


Активный пользователь
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 161
Пользователь №: 124
Регистрация: 27-Июля 19
Статус: Offline

Репутация: 15




Четвёртая глава
Клятвопреступники и мошенники


Они вышли из отверстия в склоне холма, в полумиле от города.
Курин не стал задерживаться, чтобы передохнуть, сразу же нырнув в полумрак, так что им пришлось ускориться, чтобы не отстать от своего проводника.
- Можем ли мы ему доверять? - спросила Маленет, пока Курин скользил по каменистому склону, спускаясь с холма.
- Никогда не доверяй волшебникам, - в недоумении рассмеялся Готрек. - Или эльфам, если уж на то пошло, - затем нахмурился и перевёл взгляд на Трахоса. - К сожалению, выходит, что остаёшься только ты, - затем он снова покачал головой. - Я верю не Курину - а Феликсу, - речь Готрека становилась всё более и более невнятной. - К тому же он вывел нас из Клемпа, нет?
Они спустились в узкую долину, оставив Клемп позади, и ступили на странные земли, в путешествиях по которым они провели недели с момента прибытия на побережье. Невозможно было увидеть ничего дальше дюжины футов или около того из-за башен тумана: отвесные, изгибающие скопления, что вздымались во тьме на целые мили. В этой части Шайиша безраздельно царило уныние. Ни ветерка, ни пения птиц, ни звука животных - ни единого следа жизни. Один единственный звук разрывал темноту - лязг сломанного колокола где-то вдалеке. Он звучал каждые несколько секунд с регулярностью напоминающей сердцебиение. Маленет вспомнила, что слышала его по дороге в Клемп, но удивилась, услышав его теперь, почти два дня спустя. В Шайише время казалось застывшим. Владение представлялось единым, вечным мгновением, зловеще нависшим предзнаменованием какой-то ужасной надвигающейся катастрофы.
Курин спешил, лишь изредка останавливаясь, чтобы оглянуться и убедиться, что они всё ещё следуют за ним. Раны Трахоса вынуждали его покряхтывать и тихо поругиваться, пока он тащил свою разбитую броню по всё более каменистой неровной местности, однако грозорождённый был слишком горд, чтобы замедлиться или просить о помощи.
Они шли уже несколько часов, когда Готрек начал ворчать в бороду, поругивая Маленет, что не додумалась прихватить еды из «Приглушённого барабана». Не в первый раз альвийка задумалась, что бы сделал Трахос, если бы она прошла мимо него и вонзила отравленный кинжал в спину Истребителя. Праздная мечта. Её госпожа была права - Готрек был чем-то большим, чем дуардин. Она понятия не имела, сработает ли хоть один из имеющихся в её руках ядов. Да и Трахос почти наверняка попытается остановить её. Что бы ни происходило в этой опустошённой сражениями голове, он придерживался строгого кодекса чести. Он не станет потворствовать случайному убийству, сколь бы занятным то ни было.
Колдун остановился рядом с напоминавшим скелет бесцветным деревом и присел, рассматривая что-то на земле. Там была запутанная масса отпечатков ног.
- Протравленные, - сообщил он, - но не из Клемпа. Эти пришли откуда-то с юга.
Готрек пожал плечами и кивнул на следы, ведущие на север.
- Эти идиоты направлялись куда-то с определенной целью. А маленькие идиоты всегда следуют за большими идиотами.
Они последовали за следами и некоторое время спустя наткнулись на растянувшиеся в пыли трупы.
Когда они приблизились к телам, Маленет скривилась от отвращения. Их было около трёх десятков, искривлённых и одичавших, с лицами, искажёнными рыком, и в обрывках окровавленной ткани. Среди них затесалось несколько мёртвых дуардинов, возможно из тех, что они видели в «Барабане». Она подняла бровь и посмотрела на Истребителя.
- Я гляжу, твои родственнички неплохо показали себя.
Готрек на мгновение вперил в неё взгляд, золотые искры сверкнули в его глазу. Затем он пнул одного из мёртвых трупоедов и перевёл своё внимание на колдуна.
- Я пришёл сюда не для того, чтобы марать руки об этих жалких тварей. Я пришёл за богом.
Маленет покачала головой.
- И что же, во имя Зигмара, ты бы сделал, если бы нашёл Нагаша?
- Я ничего не буду делать во имя Зигмара, эльф. Молотковый кидала ничем не лучше трупоеда. Как только я разберусь с Нагашем, Бог-король - следующий.
Трахос напрягся и схватился за свои боевые молоты. Его доспехи защёлкали, когда он начал трясти головой.
Готрек рассмеялся и ударил грудью в броню грозорождённого, заставив того отступить.
- Итак, в этом драном костюмчике кто-то есть! Вот это дух, человече. Неужто Готрек заставил тебя подумать о чём-то плохом?
Маленет отступила назад, пытаясь подавить улыбку.
- Ты ничего не знаешь о Зигмаре, - Трахос был в ярости, но всё же опустил молоты и отступил, его голова всё ещё дёргалась.
- Я знаю больше, чем ты, приятель. Я знаю, что случилось в прошлый раз, когда он столкнулся с Разрушительными силами. Ему задали трёпку. Вот почему он прячется. Вот почему он там наверху в... куда, ты говоришь, его занесло?
Трахос явно пытался держать себя в руках.
- Бог-король воссоединит Смертные владения. То, что было разорвано, должно быть перековано. Зигмар послал свои штормовые воинства в…
- Зачем? - Истребитель махнул руническим топором на серые стены и зависшие над ними чёрные звёзды. - Нахрена ему какая-либо из этих выгребных ям? Думаю, он слишком часто получал по башке. Может, он прямо щас сидит там и бьёт себя молотком? Может, он одряхлел? Борода Грунгни! Должно быть, с ним что-то не так. Он здесь такой же чужак, как и я. Это не его войны - и не его люди - даже больше чем не мои.
- Тогда зачем тащить нас сюда в поисках бога Смерти? - вступила в разговор Маленет. По правде говоря, ей было всё равно, но видеть, как Готрек пытается выбесить Трахоса, было довольно забавно. - Если тебя не волнуют эти владения и эти войны - зачем выступать против Нагаша?
- Потому что боги лгали, эльф. Они клятвопреступники и мошенники, каждый из них. Они знают, что обещали мне гибель. Они знают, что клялись. Но выполнили ли они свою половину сделки? Нет! И, гляди, вот они - играют в игры и строят империи, как делали это всегда. Из-за их лжи я отвернулся от своих друзей и родичей, - его лицо потемнело. - И истребитель не забывает. По крайней мере, не этот истребитель. Я помню свои кровавые клятвы. Даже когда другие - нет. Они дадут мне гибель, которую обещали, - он нахмурился. - Или я дам им их собственную.
Волшебник терпеливо наблюдал за разговором. Затем, когда троица угомонилась, он кивнул и продолжил путь, следуя вьющимся в пыли следам.
Маленет подмигнула Трахосу, а затем лёгкой походкой пошла за Готреком.
Вскоре Курин подвёл их к одной из стен тумана, немного поколебался, а затем шагнул внутрь и пропал из виду.
Только когда они оказались в нескольких шагах от тумана, открылась его истинная природа. Это была переплетённая лоза из духов - обнажённых, истощённых несчастных, заключённых в огромные круглые тюрьмы. Каждая из напоминающих трубу структур была высотой несколько миль. В каждой, должно быть, содержались миллионы духов. Когда Готрек приблизился, они завопили, задёргались и зашевелились, пытаясь добраться до него, но были слишком тесно переплетены, чтобы двигаться. Некоторые произносили слова, которые Маленет понимала, умоляя освободить их, рыдая о помощи.
Готрек, следуя за колдуном, прошёл сквозь призраков, опустив голову и подняв топор, словно пробивался через сугроб.
Трахос же с Маленет заколебались перед стеной из мёртвых, крики достаточно охладили их энтузиазм, чтобы не спешить за Истребителем. Маленет боялась смерти не больше, чем боялась насилия, но чудовищность мучений всё ещё подавляла. Так много потерянных голосов. Так много искажённых лиц. И она собиралась вынести всё это из-за двинутого на всю голову борова, Готрека, которого обурил какой-то шарлатан.
Трахос шагнул вперёд и остановился, его голова снова дёрнулась. Время от времени, он, казалось, замечал, с кем путешествовал, как будто это никогда не приходило ему в голову раньше. Сейчас наступил один из таких моментов. Он пристально посмотрел на неё.
- Истребитель безумен, - сказал он.
- Ничего от тебя не скрыть.
Он не отвёл взгляда.
Она улыбнулась иронии.
- И нам нужно сохранить ему жизнь, пока один из нас не сможет вытащить эту руну.
Через отверстия в личине шлема она могла видеть глаза Трахоса. И они были такими же дикими, как глаза трупоедов. Он был туго натянутой струной. Её просто нужно было продолжать давить. И когда она порвётся, руна будет её.
- Эльф! - взревел Готрек откуда-то спереди.
Она закрыла глаза и, вздохнув, шагнула в туман.
Top
Serpen
Отправлено: Янв 10 2021, 15:33
Quote Post


Активный пользователь
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 161
Пользователь №: 124
Регистрация: 27-Июля 19
Статус: Offline

Репутация: 15




Пятая глава
Железная Пелена


Стена духов была толстой. Как только Маленет шагнула внутрь, крики стали просто оглушительными. Чуть глубже, призраки собрали силы для атаки и их холодные, восковые пальцы царапнули её лицо.
Ещё несколько шагов вглубь, и ей пришлось пустить в ход кулаки и ноги, чтобы пробить и пропинать себе дорогу сквозь частокол спутанных конечностей. Мёртвые, доведённые до отчаяния, пытались содрать с неё кожу, пожрать её тепло, жаждали её пульса. Некоторое время она боролась в тишине, но вскоре, когда атаки стали более яростными, она почувствовала, что тонет. И завыла, бросая вызов. А затем, когда казалось, что призрачная толпа захлестнёт её… она вывалилась с другой стороны стены и, задыхаясь, упала на землю.
Воздух был настолько густым и приторным, что она ощутила себя так, будто ей в рот вставили кляп. Это было всё равно что вдыхать пары от кремации. Кашляя, она вскочила на ноги и огляделась.
Они вышли в другое серое пространство, окружённое ещё одной башней тумана. Но разница всё же была. В некоторых местах башня рухнула, расплескав духов по земле. Призраки пытались отползти от башни, но за пределами тумана их субстанция изменялась, рассеиваясь, когда они пытались схватиться за воздух и падали на землю, содрогаясь в конвульсиях, словно выброшенная на сушу рыба. Готрек стоял посреди башни и волны спектральных осколков ползли к нему, умоляя и стеная. Он же, казалось, их даже не замечал. Дуардин в замешательстве смотрел вокруг.
- Куда пошёл волшебник? - спросил дуардин, увидев Маленет.
Затем он рассмеялся, когда через стену проломился Трахос и упал на землю, громыхнув доспехами.
- Всё ещё с нами, мужик?
Трахос не ответил.
- Иди сюда, лорд-ординатор, - подозвал его Готрек, с явной насмешкой называя титул грозорождённого.
Маленет и Трахос поспешили к центру башни тумана и встали рядом с Истребителем.
- Ну, и куда он пошёл? - снова поинтересовался Готрек.
Духи бились на земле, поднимая пыль. Было трудно разглядеть хоть что-нибудь ясно.
Готрек изучающее оглядел астрологическое оборудование, висевшее на поясе Трахоса.
- Может ли одна из твоих хреновин отследить его?
Трахос пошатнулся, когда духи пронеслись сквозь тьму и врезались в его доспехи.
- Что? - переспросил он, отгоняя призрачные фигуры.
- Сними эту долбанную шляпу и сможешь услышать меня, - Готрек постучал пальцем по шлему Трахоса. - Где. Этот. Волшебник?
- Я лорд-ординатор, а не следопыт, - ответил Трахос. - Это инструменты божественной воли Зигмара. Они измеряют токи эфира. Они строят небесные сферы. Они не отслеживают фокусников.
- Колокол, - сказала Маленет.
- Что? - прорычал Готрек.
- Я слышала его раньше, а теперь он стал громче. Слышишь?
Готрек уставился в землю, сосредоточившись.
- Мы приближаемся к нему, - сказала Маленет. - Это… - она махнула кругом, указывая на призрачную структуру, что разрушалась вокруг них. - Это место ближе к тому, где звонит колокол. К нему направлялись существа, которых Курин называл протравленными, так что, возможно, и он тоже.
Готрек усмехнулся и хлопнул её по спине, так сильно, что она пошатнулась. А затем посмотрел сквозь толпы бьющихся призраков на противоположной стороне стены. Это был самый разрушающийся участок, и он ломился от страдающих душ.
- Ну, само собой. Колокол означает здание. А здание означает цивилизацию, - он пожал плечами, скривившись при взгляде на унылую пустошь. - Если, конечно, подобное понятие можно натянуть на это, даже с большой натяжкой.
- Есть ещё кое-что, - заметила Маленет.
Они прислушались. Наряду со звоном раздавались приглушённые крики, звериный вой и низкий долбящий звук, как будто разбивающая стену осадная машина.
- Похоже на драку! - радостно заявил Готрек и потопал сквозь пыль, махнув Маленет идти за собой.
- Это тревожный колокол, - произнёс Трахос, уставившись на вращающиеся вокруг своей оси стены тумана.
Маленет кивнула.
Она повернулась, чтобы последовать за Готреком, но тут грозорождённый схватил её за руку.
- Никто не получит руну, если он уничтожит себя.
Она посмотрела на него с непроницаемым выражением на лице.
- И мы не сможем поддержать его, если не будем доверять друг другу, - продолжил он.
Улыбка Маленет была холодной, как пыль.
- Конечно же, ты можешь мне доверять, - она стряхнула его руку и шагнула следом за Готреком, смешавшись со стенающими призраками.
Каждая последующая башня тумана казалась более разрушенной, чем предыдущая, и чем дальше они шли, тем более отчаянными становились духи, но Готрек целеустремленно пёр вперёд, безошибочно следуя к звонящему колоколу. Чем ближе они подходили к нему, тем больше колокольный звон смешивался с грохотом битвы и глубоким звуком ударов, чьи отголоски они слышали раньше.
Наконец, прорвавшись через пятую стену, они увидели источник грохота. Даже по меркам Шайиша это было мрачное зрелище. Гули карабкались по храму, десятки тварей ползли наверх, огрызаясь и брыкаясь. Храм представлял собой растопыренную, похожую на когтистую клешню сооружение, примостившееся на скалистом возвышении. Он был сделан из камня, но его ответвления были такими же острыми и изогнутыми, как ветви шиповника, низко опускаясь к земле и переплетаясь между собой, образуя мешанину из суставов и терний. На конце каждой колючей ветви висели цилиндрические клетки, и в каждой клетке помещался труп. Некоторые были не более чем пыльными скелетами, в то время как другие представляли собой побитую гнилью оболочку, синюшно-тёмную и восковую, блестящую под светом низко висящей луны. Трупы двигались, ударяя и скидывая трупоедов, защищая храм с молчаливой решительностью.
При виде безумной битвы Готрек остановился и взрыкнул в нетерпении. Руки дуардина крепко сжали его секиру и жаровня на ней вспыхнула ярким внутренним огнём.
- Мы нашли хозяина марионеток! - взревел он, указывая топором в центр храма.
В центре каменных терний был круглый блок, похожий на изогнутую кафедру, и внутри неё находился одетый в белые одежды стройный человек, чьё лицо скрывалось в тени капюшона. Он махал косой взад-вперёд и с каждым взмахом отростки терний хлестали по сторонам, раскидывая гулей и позволяя трупам в клетках атаковать ржавыми мечами. Это было гротескно и сюрреалистично. Монстры сражались, как животные, плюясь и дёргаясь, однако трупы терний молчали, даже когда их клетки врезались в трупоедов с такой силой, что разлетались на куски, разбрасывая вокруг осколки костей и ошмётки плоти.
- Некромант! - заревел Готрек, и рванул сквозь пыль к храму. В его глазах появился тревожный блеск, который Маленет уже приходилось видеть прежде. Его мышцы перекатывались под кожей, а руна на груди мерцала силой эфира.
Маленет уже собиралась рвануть за ним, когда заметила ещё один похожий храм в нескольких сотнях ярдов от первого. Он был похож на тот, к которому нёсся Готрек, только он был разрушен. Гули кишмя кишели вокруг него, однако как только они добирались до вершины, с ними происходило что-то странное - они исчезали, как будто проваливались в какой-то колодец. Когда храм рухнул, туман духов сорвался с башен и обвился вокруг осыпающихся камней.
- Это стена, - сказала она.
Трахос непонимающе уставился на неё.
Она указала одним из своих кинжалов на тени в отдалении.
- Тут десятки подобных штук. Они - барьер.
Все храмы были в осаде. Сотни, а может и тысячи, гулей вырывались из тумана и исступлённо атаковали каменные тернии. Как только сокрушался очередной храм, как ветра душ начинали хлестать вокруг него, словно оторванные от мачт паруса.
Ревущий боевой клич вновь заставил Маленет вернуться к Готреку. Дуардин размахнулся и швырнул свою секиру в стену храма, вызвав взрыв разрушенного камня. После чего рывком преодолел оставшееся расстояние, высвободил секиру и начал расчищать пространство вокруг себя, выбивая протравленных из колючих ветвей и ревя. Он являл собой столь страшное зрелище, что даже протравленные заколебались, казалось, выбитые из равновесия прибытием кого-то, кто был ещё более безумен, чем они.
Храм вздымался и шатался, словно огромное ракообразное, размахивая своими клетками в попытке отогнать Готрека.
В своём бешеном состоянии Истребитель был удивительно проворен. Его короткие мускулистые ноги проносили его сквозь буйство схватки, пока он разрубал куски камня на своём пути, ни на секунду не переставая реветь.
Некромант оставался неподвижным, опустив голову, его лицо по-прежнему скрывала тень капюшона, но было очевидно, что он заметил Готрека. Каменные тернии превратились в бурю из обвивающихся отростков и крутящихся лезвий.
Каменная ветвь с силой устремилась к Готреку, словно собираясь отбросить его, но тот крепко вцепился в неё рукой, а затем нанёс удар головой. Камень разлетелся на куски в снопе искр и на несколько мгновений Маленет потеряла дуардина.
Как только в глазах прояснилось, она увидела его на полпути к храму, когда он отшвырнул с дороги нерасторопного трупоеда и с хохочущим рёвом врубился в искажённые скопища.
Она помчалась следом, уворачиваясь от цепких лап гулей, а затем запрыгнула на колышущуюся массу и начала подъём, срубив ещё больше мерзких тварей по пути. Когда Истребитель оказывался во власти убийственной лихорадки, случиться могло всё, что угодно. Она должна была подойти как можно ближе, чтобы иметь возможность защитить руну.
Следом за ней, громыхнув разбитыми доспехами, устремился и Трахос. А затем, как бы нелепо это не звучало, затянул песню.
- О, слабые, обманутые сердца! - пел он металлическим и нечеловеческим голосом. - Бог-Король снизошёл с небес! - грозорождённый начал петь гимны во время сражения с того самого момента, как Готрек затащил их во владение Смерти. Однако либо раны повредили его слух, либо он и прежде не отличался музыкальными талантами. Как бы то ни было, он превращал каждую мелодию в немелодичную, напоминающую удары дубиной погребальную песнь.
Маленет вертелась и пригибалась, раздавая пинки и элегантно, словно танцуя, обходя удары, но поддерживать темп Готрека было попросту невозможно. Её клинки мелькали, рассекая шеи и отрезая запястья, кромсая трупоедов со спокойной эффективностью. Они пытались окружить её, но альвийка была слишком легконога для них, с лёгкостью отступая, когда чувствовала, что её охватывает кровавое безумие. В такие моменты было невозможно отрицать её истинную веру. И она билась, отдавая дань Кроваворукому богу, делая каждый порез, каждую рану настолько болезненными, насколько могла, беспощадно смеясь, когда существа валились на землю, хрипя и корчась от боли, с символом Кхаина, вырезанным на их плоти.
Резко вспыхнул ослепляющий свет, превратив всё в скопление размытых силуэтов. Затем свет исчез, Маленет споткнулась, ослеплённая, и трупоеды сразу же воспользовались её кратким замешательством.
Горячая боль пронзила спину, а когти резанули по коже.
Она резко крутанулась, вслепую махнув кинжалами, разрезая плоть и хрящи, пока расчищала себе место для отступления.
Добравшись, наконец, до более безопасной точки, она огляделась и увидела источник света. Трахос снял с пояса некоторые предметы и сложил их вместе, создав что-то вроде тонкого скипетра с украшенным резьбой металлическим кубом на вершине. Куб испускал струи дыма, а там, где прежде, очевидно, стояли трупоеды, теперь громоздилась кучка углей.
- Непоколебимый и величественный! - всё ещё гремел гимн грозорождённого. - Опускается огненный молот!
Маленет поморщилась и запрыгнула на святилище, устремившись вслед за Готреком.
Они добрались до некроманта одновременно: воющий Истребитель нёсся с одной стороны, прорубаясь через протравленных, в то время как Маленет грациозно приближалась с другой.
Некромант развернул свою косу, и каменные ветви махнули в сторону Истребителя.
Готрек был весь покрыт кровью, его улыбка напоминала демонический оскал, когда дуардин врубился в ринувшиеся на него клетки, рассекая любой труп, что пытался нанести ему удар. Он прыгнул сквозь бурю костей, крови и камней, схватив некроманта за горло.
Маленет прибыла как раз вовремя, чтобы заметить изумление на лице Готрека, когда капюшон некроманта откинулся назад, открывая его лицо.
Вместо высохшего старика на Истребителя смотрела молодая девушка.
Готрек молча застыл, потрясённый.
А девица воспользовалась своим шансом. Не долго думая, она вонзила свою косу ему в грудь.
Последовал ещё один взрыв, причём настолько мощный, что Маленет отбросило от кафедры и швырнуло в трупоедское скопище.
- Ревут звёздные трубы! - пел где-то неподалёку Трахос. - Поднимайся яростное войско!
- Трахос! - взвыла Маленет, атакованная со всех сторон и не имевшая возможности броситься к Готреку.
Пение остановилось и вспыхнули новые вспышки света. Маленет продолжала сражаться вслепую, пробиваясь сквозь гулей, пока, наконец, не вырвалась на чистое пространство.
Как только её глаза привыкли к слепящему свету, она увидела, что Трахос размахивает своим скипетром, из которого вырывается серебристо-голубое пламя.
- Бесконечная слава! - взревел он, когда очередная вспышка огня обратила атаковавших её трупоедов в рассыпавшийся у неё под ногами оплавленный шлак. - Враги побеждены и освобождены!
Маленет пригнулась и, крутанувшись, вспорола глотку другому трупоеду, прежде чем вырваться из боя.
Когда она развернулась, чтобы оглядеть схватку, оказалось, что всё было кончено. Готрек вырезал половину гулей, а они с Трахосом добили оставшихся. Храм был пуст, его каменные ветви лежали в пыли.
- Где он? - выдохнула она, глядя на Трахоса.
Грозорождённый, казалось, не слышал. Его голова была откинута назад, он всё ещё держал скипетр обеими руками, эфирная энергия кипела вокруг его латных перчаток. Он всё ещё пел, но теперь уже про себя, слова, слабые и приглушённые, доносились из-под шлема. Затем он тряхнул головой и, опустив скипетр, повернулся к Маленет. Свет исчез из его глаз, он вдруг показался потрясённым тем, что только что сделал. Грозорождённый опёрся на скипетр, как на костыль.
- Он упал, когда некромант нанёс ему удар.
Они огляделись вокруг.
- Нам нужно убираться отсюда, - сказала она, вглядываясь мимо грозорождённого вечного в башни тумана. Кругом были сотни трупоедов и они приближались. Даже с Истребителем они не смогли бы справиться с таким количеством. - Этот колдун, которому ты так верил - покинул нас.
Она устремилась прочь, перескакивая через мёртвые тела, в поисках Готрека и волшебника, оставив Трахоса плестись следом.
Сперва они нашли девушку. Она выкатилась из гнезда колючих камней и растянулась на полу храма. Её капюшон был откинут назад, и они могли видеть её покрасневшее, разъярённое лицо. Оскалив зубы, некромантша уставилась на Маленет так, словно желала вырвать её горло.
- Только дай мне повод, - с улыбкой промурлыкала альвийка, когда некромантша попыталась подняться.
Женщина задрожала от ярости.
- Непогребённые выдержат! - зарычала она, её глаза так налились кровью, что казались красными. - Морбиум вечен!
- Непогребённые? - Маленет оглянулась на Трахоса в поисках объяснения, но тот лишь пожал плечами.
Девушка усмехнулась, её взгляд был полон ненависти.
- Убей меня. Покончи с этим. Я не знаю, как вы вскрыли Железную пелену, но с нами ещё не покончено. Предки выдержат. Как было всегда. Прошлое остаётся в настоящем. Непогребённые всё ещё будут здесь, когда бог-предатель будет свергнут и…
- Твои стены рушатся, - грубо прервала её Маленет, раздражённая напыщенным тоном пленницы. - Взгляни, - она рывком подняла девушку и показала на линию храмов. Все они рушились под волнами атак трупоедов, окружённые бурей тумана.
- Морбиум выстоит, - огрызнулась девушка, её пальцы дёргались, пытаясь схватить утерянное оружие.
- Твой колючий куст - единственный, кто всё ещё стоит и то это лишь благодаря Готреку, - сказала Маленет. Как только она произнесла его имя, как вспомнила, что девушка ранила его. - Где же он? - пробормотала она, вглядываясь в ещё дёргающиеся тела.
Мимо неё прошёл Трахос, пробираясь сквозь бурлящий туман, его скипетр мерцал.
- Стой! - крикнула она, всё ещё прижимая кинжал к горлу девушки. - Что ты такое? - спросила она у неё, решая, была ли какая-нибудь причина оставить ей жизнь. - Ты некромант?
Женщина выглядела потрясённой.
- Я - верховная жрица Савана.
- Это хорошо для тебя, - проговорила Маленет, надавливая на кинжал.
И в этот миг из тумана, пошатываясь, вышел Готрек, ошеломлённый, но, видимо, не пострадавший.
Он оттолкнул Маленет в сторону и поднял девушку в белых одеждах на ноги. После чего постучал по руне на своей груди, косой, которую использовала против него юная колдунья.
- В другой раз, если он будет, юная дева, целься выше.
- Князь Волант заберёт твою голову, - прошипела она в ответ. - Когда он услышит, что вы напали на Железную пелену, во всём Шаише не найдётся волшебства, что бы вас защитило.
- Железная пелена? - спросил Готрек.
Маленет наклонилась поближе, говоря с притворной рассудительностью.
- Думаю, она имеет в виду это неприступное сооружение, - указала она на разрушенные храмы, что тянулись в обе стороны от них.
- Напали? - Готрек покачал головой. - О чём ты говоришь? - он перевёл взгляд на приближающиеся к ним волны трупоедов. - Ты думаешь, эти твари со мной? - он махнул на окружавшие их трупы и рассмеялся. - Возможно, ты не заметила, как я только что укоротил их в шее.
Девушка качнула головой.
- Тогда кто ты?
- Готрек, сын Гурни, рождённый в Вечной вершине и…
- Готрек, - прервала его Маленет, обращая его внимание на приближающееся к ним трупоедское воинство.
Он хмыкнул, раздражённый тем, что его прервали, и снова вернулся к расспросам девушки.
- Как мне добраться до твоего хозяина?
- Князя Воланта?
- Князя, кто? Это Рассветный князь? Князь Волант? Он может отвести меня к Нагашу?
- К Нагашу? - уставилась на него девушка. - Ты безумен.
Маленет рассмеялась.
- По крайней мере она неплохо распознаёт характер.
- Они почти добрались до нас, - заговорил Трахос.
Маленет посмотрела на Готрека.
- Какие предложения? - гулей было так много, что от их приближения дрожала земля.
Девушка посмотрела мимо Готрека на приближающихся тварей, а затем снова перевела взгляд на храм.
Готрек перехватил её взгляд.
- Ты можешь что-нибудь сделать? Что у тебя там в этом храме?
- Зачем ты ищешь Нагаша? - вместо ответа спросила девушка. - Хочешь принести ему клятву верности?
- Верности? - рассмеялся Готрек. - Я пёрся сюда не для того, чтобы преклонять чёртово колено.
- Трахос, - обратилась Маленет к грозорождёному. Трупоеды были уже всего в нескольких шагах. Она могла видеть их закатившиеся, лихорадочно блестящие глаза и кровь на зубах. - Твои приборы?
Грозорождённый кивнул, прошептал молитву и подкрутил винтики вокруг оголовья скипетра. Энергия переливалась вокруг металла, отбрасывая блики на личину его шлема. Воздух затрещал, когда он пошёл в сторону гулей, начиная новый немелодичный гимн.
- Снизошедший с небесных шпилей, оседлал он шторм, дабы покорить!
Маленет бросила взгляд на Готрека. Истребитель, похоже, по-прежнему не замечал приближающуюся к ним орду. Он не сводил взгляд с девушки.
Та оглядела убитых им трупоедов, чьи тела были разбросаны вокруг храма. На её лице появилось мучительное выражение.
- Если ты можешь что-то сделать, то делай это, сейчас, - рыкнула Маленет, взбешённая нерешительностью девушки.
Тем временем Трахос воткнул свой скипетр в землю, и они все покачнулись. Вокруг него разошлась волна энергии эфира, пронесясь сквозь туман и поразив первые ряды гулей. Песнь грозорождённого поднялась в силе и рвении.
Трупоеды вспыхнули, словно пучки соломы. Один за другим гули, воя от боли, падали на землю, окутанные тлеющими углями.
Глаза девушки расширились. Она посмотрела на обломки других храмов, затем на топор Готрека и всё ещё светившуюся руну в его груди.
- Железная пелена - это и стена, и дверь, - сказала она. - Если на то будет воля Непогребённых, то я смогу вернуться в Морбиум и взять тебя с собой, - её глаза всё ещё горели ненавистью и злобой, однако изредка бросаемые мельком взгляды на храм останавливали её от попыток нападения.
- Морбиум? - Готрек покачал головой. - Это оно самое. Именно туда мне и нужно. Поживей отведи меня туда, и я забуду, что ты пыталась меня выпотрошить.
Землю снова тряхануло, когда Трахос выпустил из своего скипетра новую волну света, испепелив ещё больше трупоедов, а его песнь достигла триумфального крещендо.
Девушка сжала голову, барабаня пальцами по черепу.
- Принц Волант был прав, отправив меня сюда. Пелена была взломана, - она покачала головой, глядя на храм. - Я должна связаться с ним.
- Если он знает путь к Нагашу - я отведу тебя к нему, - прорычал Готрек. - Считай это клятвой.
Девушка свирепо зыркнула на Готрека, однако было видно, что она обдумывает предложение Истребителя.
- Если протравленные разрушили Пелену, то мне может понадобиться защита.
Готрек постучал по земле своим окровавленным топором.
- Если защита - это то, что тебе нужно…
- Истребитель! - закричал Трахос, бросаясь назад и попутно обрушивая скипетр на голову подошедшего слишком близко гуля. Череп твари взорвался, разбрызгав по сторонам пламя и серое вещество.
Маленет увернулась от разлетавшейся крови, а затем остановила следующего точным ударом кинжала, третий же стал жертвой Готрека, раскроившего череп гуля лезвием секиры.
- Следуйте за мной, к кафедре! - воскликнула девушка. Она быстро закарабкалась по извилистой массе камня, взмахом руки показав Готреку и компании, чтобы они не отставали.
Они начали отступать к храму, всё ещё лицом к гулям, отражая отчаянные полубезумные атаки.
Готрек с ухмылкой отрубал конечности и крошил черепа. Трахос использовал свой скипетр как молот, обрушивая его на трупоедов со свирепостью, не уступавшей оной Истребителя. Каждый удар порождал вспышку азиритского колдовства, что вспыхивала над его доспехами, ловя молнии и звёзды, украшавшие полированную нагрудную пластину. Его песнь превратилась в путаницу бессвязных слов.
- Быстро! Блаженны! Сердце! Раздор!
Когда они добрались до сердца храма, девушка указала на кафедру, показывая, что они должны сесть рядом с ней на узловатые фигуры.
- Прижмите ладони к камню! - приказала она.
Маленет подбежала к Готреку.
- Есть хоть кто-то, кому ты не доверяешь?
Истребитель рассмеялся и кивнул на царивший вокруг хаос. Трупоеды вошли в такой раж, что обратились друг против друга, в отчаянии размахивая когтистыми конечностями в стремлении добраться до последнего стоящего храма.
- Можешь оставаться, если хочешь.
Готрек с размаху опустил свою ладонь рядом с рукой девушки, схватившись за выступающий из центра кафедры каменный шип.
Трахос навёл скипетр на гуля и миг спустя из навершия вылетела молния, разорвавшая грудь трупоеда, а ещё секундой после скипетр грозорождённого сокрушил череп следующей безумной твари.
- Другого выхода нет, - сказал он, обратным взмахом отбрасывая гуля, что прыгнул на него со спины. Грозорождённый вечный положил ладонь рядом с Готреком, металл его перчатки лязгнул о камень.
Маленет посмотрела на раскрасневшуюся девушку. Та обхватила камень обеими руками и что-то яростно шептала. Между её пальцев мелькнуло индиговое пламя, и лёгкий ветерок омыл кафедру, заставив Маленет вздрогнуть и прорычать проклятье. Что бы ни утверждала девка - это была некромантия. Она могла почувствовать запах смерти. Храм начал дрожать, рассыпаясь под тяжестью тел трупоедов. Маленет пробормотала ещё одно проклятье и тоже положила руку на камень.
Холод пронзил ее, и она задохнулась от боли. Альвийка попыталась отдёрнуть руку, но та словно примёрзла.
- Что это? - прошипела она, глядя на девушку, но молодая жрица не обращала внимания ни на что, кроме произносимого заклинания. Её глаза были закрыты, голова откинута назад, а изо рта вырывались таинственные, шипящие фразы.
- Если ты преда… - начала Маленет, но её слова потерялись в раздавшемся оглушительном скрежете, когда каменные тернии сжались сильнее, обернув их всех в клетку из шипованных ветвей.
Маленет вскрикнула, когда шипы вонзились в неё, и снова попыталась оторвать ладонь - тщетно.
Десятки крошащихся клыков врезались в неё, и когда мир потемнел, талисман на её шее заговорил, и голос его был полон насмешки.
Ты даже умереть элегантно не можешь.

Top
Serpen
Отправлено: Сегодня, 11:31
Quote Post


Активный пользователь
***

Группа: Пользователи
Сообщений: 161
Пользователь №: 124
Регистрация: 27-Июля 19
Статус: Offline

Репутация: 15




Шестая глава
Морбиум


- Канавная девка! - взревел Готрек.
Вокруг Маленет была кромешная тьма, но рёв Готрека мог означать только одно - она ещё жива. У неё были смешанные эмоции по этому поводу.
- Я Ведьмин Клинок, - пробормотала Маленет, пытаясь сесть. Она была плотно зажата, руки уже онемели без притока крови. Альвийка прокляла себя за то, что не прикончила жрицу.
- Айе, - ответил Готрек голосом до отвращения бодрым. - Канавная девка. Вынь голову из собственной задницы. Посмотри на это.
Кто-то двинулся к ней, за чем последовал грохот отодвигающихся камней. Когда её лицо оказалось открыто, она увидела небеса, кружащиеся над головой. Исчезли странные чёрные звёзды, их сменили обычные сверкающие созвездия. Однако они были туманными и блеклыми, как если бы она смотрела на них сквозь кисею.
Шея Маленет закостенела, но она всё же нашла в себе силы повернуть голову, чтобы посмотреть, кто её освободил. Это был Трахос, звёздный свет мерцал на металлической поверхности его потрёпанной личины шлема.
- Жрица сказала правду, - произнёс он.
- Это Морбиум, - сказала жрица. Маленет не могла её видеть, но узнала напряжённый, яростный голос, доносившийся откуда-то из тьмы впереди. - Душа выдающаяся. Последний бастион Могильной стражи и королевской семьи князя Воланта, девятнадцатого наследника Соболиного трона и Рассветного князя Незыблемой крепости.
Трахос сдвинул ещё несколько камней и Маленет. наконец, смогла выбраться из-под завала и встать, хлопая по рукам и ногам, чтобы восстановить кровообращение в конечностях. Камни были остатками храма. Его тернистые конечности были расколоты, как и клетки, чьё мёртвое наполнение теперь неподвижно лежало на земле.
Она огляделась вокруг. Они находились на разрушенной набережной, но эта набережная тянулась над самым странным из морей, что когда-либо приходилось видеть Маленет. Его высокие волны были неподвижны, словно выкованные из железа. Мгновение она разглядывала причудливое зрелище, задаваясь вопросом, а не замёрзла ли вода, но, хотя воздух и был холодным, было сомнительно, что этого хватило бы, чтобы заморозить целый океан. Волны словно замерли в мгновении, как будто море было создано в качестве декораций театральной сцены.
Пирсы, построенные из тех же раздробленных костей, что и всё остальное, выступали из застывшего прибоя. Размеры места шокировали. Маленет не видела ничего столь же грандиозного с самого Молотохолла. Позади неё набережная выводила к железной дороге, или же какому-то мосту, который вёл через море, исчезая в тенях.
- Я не видел подобного мастерства с тех пор как покинул Залы очага Караз-а-Карака, - пробормотал Готрек, глядя на крошащиеся огромные опоры. Он казался почти впечатлённым. - Кто это построил? - спросил он, пар от дыхания обвивал его бледной пеленой.
Жрица всё ещё выбиралась из разрушенного храма, пытаясь выбить пыль из своих одеяний, слишком ошеломлённая, чтобы понять, что к ней обращаются. Маленет заметила, что, двигаясь, девушка произносила слова - скорей всего, цифры, как будто что-то подсчитывала.
Готрек повторил свой вопрос ещё более напыщенным тоном, и жрица подняла взгляд.
- Рассветный князь, - ответила она. - Первый Рассветный князь, на заре Аметистовых княжеств.
Готрек нагнулся и поднял кусок изуродованных конструкций. Даже сломанный, он был красив - изящно вырезанная кость, инкрустированная полосками серебра, на которых были изображены черепа и крылья насекомых. - Неплохо для кучки докучающих призракам.
- Мы не докучаем нашим умершим, - жрица посмотрела на свою косу, по-прежнему заправленную за пояс Готрека, её глаза казались тлеющими угольями. Лицо девушки раскраснелось от гнева и Маленет видела, что той стоит большого труда удерживаться от попытки атаковать дуардина. - Мы присматриваем за ними, так же, как они присматривают за нами. Мы чтим наших предков.
Маленет кивнула на разбросанные вокруг трупы из сломанных клеток.
- Это так вы их почитаете?
Женщина усмехнулась.
- Они были протравленными. Я вычистила их разумы и повернула против им подобных. Здесь нет ничего, что стоило бы почитать.
- Ты ведьма? - Готрек выглядел так, словно съел что-то мерзкое.
- Я Лхосия, верховная жрица Савана. Духовный советник Рассветного князя, - она кивнула на косу за готрековым поясом. - Вся сила, что есть у меня, связана с предками.
- Для меня это то же самое, что призрачный проповедник, - буркнул Готрек, восстанавливая свой хохол.
Маленет выбралась из разрушенного храма и подошла к Лхосии и Готреку.
- Этот Рассветный князь, которому ты служишь. Нам сказали, что он может отвести Готрека к Нагашу.
Жрица нахмурилась.
- Зачем тебе искать некроманта? Большинство всеми силами стараются избегать его взгляда.
При упоминании Нагаша Готрек помрачнел лицом.
- Боги должны мне погибель. И меня не волнует, кто отдаст мне обещанное, костная голова или швырятель молний, - он взмахнул секирой, заставив вспыхнуть жаровню на её навершии. - В любом случае, эта штука окажется в башке бога.
Лхосия недоверчиво рассмеялась.
- Ты воюешь с богами?
- Мы все, девчонка. Я просто сражаюсь с ними лично.
- Некромант тебе что-то обещал? - Лхосия с недоумением воззрилась на Маленет.
Альвийка пожала плечами.
Борода Готрека встопорщилась. Он потопал по металлическим обломкам, бормоча себе под нос на архаичном языке дуардинов.
- Я не знаю, кто обещал мне больше, но я знаю, что меня обокрали, - отрезал он. - Нагаш знает, что он мой должник. Он вспомнит меня.
В голосе Истребителя сквозило лёгкое отчаяние. Впрочем, Маленет показалось, что Готрек был движим скорее яростью, чем фактами. Сколько он мог вспомнить? Он искал Нагаша ради мести или из-за того, что просто не знал, что ещё делать? Может, он всего лишь искал хоть кого-то, кто мог знать, кем он был? С самой встречи Маленет чувствовала, что Готрек и сам не понимает толком, почему всё ещё жив. Он был как собака, которую пнули, дали понюхать крови и приготовили к охоте, а затем бросили в клетку.
Когда Готрек начал кружить вокруг руин, размахивая секирой и ругаясь, руна в его груди начала разгораться.
- Ну, ты можешь отвести нас к этому твоему князю? - потребовал он.
- Да, - ответила Лхосия. - Я так и так должна связаться с ним. Он послал меня проверить, что границы княжества на замке, а они разорваны в клочья. И если протравленные прорвали Железную пелену, то они могут быть где угодно.
- Что это за место? - спросил Трахос. Как обычно он, казалось, на пару шагов отставал от разговора, поглощённый какими-то мыслями, трещавшими вокруг его шлема. Он отстегнул одно из своих устройств от пояса и указал его зубчатыми эллипсами на строение. - Если конкретней, почему вы привели нас именно сюда? - он обвёл рукой поваленные здания и разбитые улицы.
- Это мой дом, - ответила Лхосия. - Это место мне легче всего было вызвать в памяти. Кроме того, прежде чем делать что-либо, сперва я должна предупредить свою семью, что Железная пелена прорвана. Морбиум был открыт. Я должна убедиться, что наши Непогребённые в безопасности.
- Это порт, - заметил Готрек.
- Некоторые из твоих сородичей-дуардинов держали здесь эфирные корабли, прежде чем княжества пали. Они называли себя харадронцы. Раньше они отправляли сюда руду. Мои предки слили её с костью, чтобы построить эти храмы.
- Здесь были гномы? - нахмурился Готрек, с подозрительным выражением осматривая развалины.
Маленет рассмеялась.
- Он довольно знаменит среди своих сородичей, - она понизила голос до насмешливого шёпота. - Они думают, что он - бог. Ах, какая ирония!
Лхосия уставилась на покрытое грязью и шрамами мускулистое тело Готрека, выглядя ещё более сбитой с толку.
- Бог? Почему они так думают?
Маленет закатила глаза.
- Потому что он выполз из ямы и заявил, что это было Царство Хаоса.
- Истребители не лгут, - прорычал Готрек. - Боги обещали мне гибель в Царстве Хаоса. А затем вероломные ублюдки забыли обо мне. Теперь я здесь, - он всмотрелся в руины. - Гномы… дуардины всё ещё приходят сюда?
Лхосия покачала головой.
- Никто не приходит сюда. Когда пали другие княжества, мы построили Железную пелену. Благодаря мудрости непогребённых мы скрылись от некроманта и даже от Тёмных богов. Но без харадронцев мы потеряли связь с другими владениями. Мы одни, - она взглянула на разрушенные остатки храма. - Или были одни.
.- Как мы можем связаться с твоим князем? - спросила Маленет.
Лхосия кивнула на здание, которое выглядело чуть более целым, чем все остальные. Оно напоминало обесцвеченную чашку черепа, блестящую и потрескавшуюся.
- Моя семья находится здесь, охраняет руины. Они уже увидели, что я здесь. Это всего лишь маленький храм, но у нас много Непогребённых, что одалживают нам своё зрение.
Она махнула рукой, приглашая их следовать за собой, и начала пробираться через обломки к зданию.
- Непогребённые? - поинтересовалась Маленет. Это было странное слово, и каждый раз, когда Лхосия произносила его, в её голосе было слышно благоговение.
- Предки, - ответила жрица, обернувшись. - Причина, по которой мы здесь. Мы существуем, чтобы обеспечить им будущее. Наш мир - прихожая их мира, мира, который грядёт, и где мы воссоединимся с нашими предками.
Готрек взглянул на жрицу, и Маленет показалось, что он заинтригован. Он уже собирался заговорить, когда Лхосия внезапно запнулась и остановилась, после чего, прищурившись, всмотрелось в здание в конце пирса.
- Что случилось? - спросила Маленет, хватаясь за свои кинжалы.
- Света нет, - ответила Лхосия и её голос звучал странно. Она кивнула на изогнутые белоснежные стены храма. Здание было окутано тенью и выглядело заброшенным. Жрица пошатнулась, выглядя ошеломлённой и встревоженной.

Top
0 Пользователей читают эту тему (0 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
0 Пользователей:

Topic Options Reply to this topicStart new topicStart Poll


 


Мобильная версия